— Но, мистер Муди, у полиции есть свои специалисты, специализирующиеся на посттравматических синдромах, связанных с этой нелегкой профессией. Не логичнее было бы обратиться именно к ним? Насколько я знаю, выход на пенсию не является препятствием для получения терапии. Я специалист, как бы вам объяснить, больше по гражданским и семейным делам, — Кетти нахмурилась. Ее подсознание отказывалось следовать тому сценарию, который само и предложило, и женщину это обстоятельство несколько напрягало. Как профессионал, она могла с уверенностью сказать, что ничего хорошего от смены декораций ждать не приходилось.
— Мне посоветовал обратиться к вам мой хороший друг, Альбус Дамблдор, — Кетти с облегчением вздохнула, все вернулось на свои места, и она приготовилась разбираться с проблемой своего бреда. Хотя червячок сомнения исподтишка настаивал на том, что все происходящее правда - ведь после предыдущих сеансов остались деньги, и их было более чем достаточно.
— Хорошо. Давайте приступим. Расскажите мне, что вас беспокоит?
— А зачем вам что-то знать обо мне? – Аластор приподнялся на локтях и посмотрел на психолога еще более подозрительно.
— В этом, собственно, заключается моя работа, — Кетти пожала плечами. – Чтобы помочь вам разобраться с вашей проблемой, я должна знать, что она собой представляет.
— Логично, — Муди снова лег на кушетку. – Но постоянная бдительность еще никому не вредила. – Кетти с трудом сдержала себя, чтобы не рассмеяться. Израненный и покалеченный человек говорит о пользе бдительности. То ли он так старался, но безрезультатно, то ли так хотел жить. — Собственно, в этом и заключается моя проблема. Я привык постоянно быть начеку. И вот год назад моя осторожность дала сбой, и какой-то мальчишка… — Аластор замолчал.
— Какой-то мальчишка - что? – терпеливо переспросила Кетти. Уж не тот ли мальчишка из тех двоих, о ком говорили предыдущие клиенты, и мистера Муди излишне беспокоит?
— Вы спрашивали о Хогвартсе. Ваша проницательность пугает, — Муди поморщился. – В прошлом году я поддался на уговоры своего друга Альбуса Дамблдора и согласился преподавать в школе. Хотя я его предупреждал, что к преподаванию не имею никакого отношения! Но Альбус может быть чертовски убедительным!
— Простите, но что вы могли преподавать, будучи в прошлом полицейским?
— Вот! Об этом я и говорю, что толком ничего. Но, как сказал Дамблдор, защиту, чтоб ее, может преподавать только профессионал в защите.
— Защита - это что? Боевые искусства? – с любопытством уточнила Кетти.
— Ну, что-то вроде. В общем-то, преподавать мне не особенно-то и хотелось, но выражение лица Снейпа, который в очередной раз обломился, заставило меня принять это предложение.
— И Дамблдор, который может быть чертовски убедительным, — хмыкнула Кетти.
— Что?
— Да нет, ничего. Мысли вслух. А что Снейп? – Кетти уже не в первый раз слышала это имя, и его обладатель начинал ее интриговать. На первый взгляд ей показалось, что этот Снейп и является источником всех проблем приходящих к ней странных посетителей. И к тому же, когда несколько человек нелицеприятно выражаются о ком-то, этот кто-то обязательно заочно начнет интересовать женщин. Таковы были психологические выверты, и Кетти это прекрасно понимала.
— Снейп – козел и выкормыш нашего неназываемого, — сплюнул Муди. – Его уже давно нужно было в тюрьму бросить на пожизненное проживание, но Альбус не позволил. У мальчика ведь такая нелегкая жизнь, — Муди так натурально спародировал Дамблдора, что Кетти невольно оглянулась. – Как будто у меня жизнь легкая и усыпанная розами.
— А что, Снейп – сирота? – любопытство пересилило профессионализм.
— Насколько я знаю, нет. А что?
— Просто мне показалось, что ваш друг благоволит к сиротам.
— Это да, и наш мальчик золотой – сиротка, и наша тварь змееголовая – тоже сиротка, а вот Снейп – нет. Если бы был сироткой, то Альбус с него пылинки сдувал бы и с пипетки кормил. Он же такой одаренный, мать его. А так бы вообще стал несчастнее всех на свете!
— Почему же тогда Дамблдор выделяет его? – Кетти с трудом подавила смешок.
— Потому что Снейп – козел! А Альбус - прямо как Хагрид, любит с животинкой понянчиться! - рявкнул Муди. – Снейп посмел мне заявить, что я совершенно бесполезен, что старый пес потерял нюх, раз какой-то мальчишка смог меня одурачить! Как будто тот урод не смог самого этого козла весь год за нос водить! Знаете, что этот козел мне заявил? – Кетти машинально покачала головой. – Он заявил, что псих Барти иногда бывал даже более адекватным, чем я, так что лично он ничего не заподозрил. Даже решил, что я подлечился! Да он не хотел замечать, я уверен в этом! С дружком под боком ведь легче свои делишки темные проворачивать!
— Кто заявил?
— Да козел этот!
— Понятно. Мистер Муди, давайте от Снейпа вернемся к вам, — перебила Кетти разошедшегося полицейского. – Если я правильно вас поняла, ваша проблема заключается в том, что некто Барти сумел обмануть вас и не только вас. Что же он сделал?
— Он подменил меня и преподавал весь год в Хогвартсе, — внезапно спокойно произнес Муди.