– Да за кого нам замуж идти? – уныло возражала Эрна. – За конюха или за лакея? Дядюшка ведь не только нас не вывозит в свет, но и к себе никогда почти неженатых не приглашает. А если кто из его приятелей и заявится вдруг с сыновьями, так тетушка орлицей следит, чтобы мы не могли, не дай боги, встретиться с молодыми людьми. Трапезничать нас вместе с гостями не зовут, а если кто вдруг спрашивает, то любопытствующему отвечают, что воспитанницы господина барона отличаются хрупким здоровьем, вот и захворали. А нас тем временем держат взаперти.
– Конечно, дядюшке невыгодно замужество любой из нас, – соглашалась Леона. – Тогда ведь придется отдавать приданое будущему супругу. Разве что только кто из его стариканов-приятелей пожелает взять молодую жену и закроет глаза на то, что не получит причитающегося по закону.
Эрна после этих слов ежилась в испуге.
– Нет, лучше уж остаться старой девой, чем выйти, например, за господина Августа или господина Родерика, – бормотала она, припоминая вдовых друзей Джакоба. – Первый еле ходит даже с тростью, а второй столь тучен, что даже встать с кресла без посторонней помощи не способен. А если верно то, что говорила Фанни о супружеской жизни, то жене господина Родерика придется несладко.
При упоминании рассказов молоденькой горничной Фанни обе девушки заливались стыдливым румянцем и принимались хихикать. Но да, будущая возможная супруга толстяка вызывала лишь жалость.
– А мы к самому герцогу обратимся, – отважно предлагала бойкая Леона. – Все-все ему напишем, он и велит дядюшке подобрать нам подходящих супругов.
Эрна только лишь вздыхала. Подруга жила в замке барона лишь третий год, вот и не успела растерять боевой запал. Сама же Эрна давно смирилась с собственной судьбой.
– Не думаю, что наше письмо дойдет до герцога, – грустно говорила она, – а даже если и дойдет, то какое его светлости до нас дело?
Написать герцогу Леона так и не успела, потому как господину барону в голову пришла совершенно неожиданная идея. Вернувшись с Большого Совета у графа Эгона, Джакоб, довольно потирая руки, объявил, что намерен стать ни больше ни меньше как спасителем всех северных земель от кровожадного дракона. И что он очень рассчитывает на помощь своих милых племянниц в столь благородном деле. И вот теперь Леона металась по небольшой комнатке, не в силах поверить услышанному.
– Что он тебе предложил?
– Уговорить тебя, – понизив голос почти до шепота, отвечала Эрна. – А за это дядюшка возьмет меня с собой в замок господина графа и позволит подыскать себе супруга. Он сказал, что выбор у меня будет богатый: у господина Эгона гости не переводятся. А еще, если я буду достаточно ловкой, то и самого графа сумею захомутать.
Леона выругалась вполголоса, припоминая все слова, что сказал пьяный конюх Фриц, свалившись с лестницы. Эрна ожидаемо прижала ладони к разом запылавшим щекам.
– Ой!
– И этого еще мало для нашего драгоценного опекуна, – мстительно прошипела Леона. – Пусть он еще получит *** в ***.
– Леона! А это ты где услышала? Фриц такого точно не произносил?
Любопытство Эрны явно пересиливало возмущение, и Леона рассмеялась, несмотря на то, что гораздо сильнее ей хотелось заплакать. А еще больше – пойти к дядюшке и опустить на его умную голову парадный серебряный поднос с инкрустацией. Этот поднос даже дородная кухарка удерживала с трудом, но Леона не сомневалась, что у нее хватит сил, чтобы размахнуться как следует.
Эрна вдруг вскочила с кресла, бросилась к Леоне, обхватила ее руку ледяной ладонью.
– Ты только не соглашайся, слышишь? Я потому тебя и предупредила, что знаю твое сумасбродство. Господин барон, конечно, расскажет тебе, что затея безопасна, что отряд лучших лучников будет наготове, что с твоей головы и волос не упадет. Только ты не верь ему, прошу тебя. Это ведь дракон, самый настоящий, такой, как в древних сказаниях! Огнедышащий кровожадный монстр! Если господину барону так уж нужна приманка, пусть посадит в клетку госпожу Юту. Авось с высоты чудовище и не разберет, что она не так молода и красива, как ему бы хотелось.
Леона сдавленно захихикала.
– Сомневаюсь. Дородность госпожи Юты и с небес разглядеть можно. Разве что нам попался совсем уж полуслепой дракон, но что-то я в этом сильно сомневаюсь. Но ты не печалься, Эрна. Я обязательно что-нибудь придумаю. Дядюшка еще пожалеет о своей затее.