Читаем Принцесса-гувернантка полностью

 «Попросив о последних таинствах и многими делами веры и преданности продемонстрировав свою любовь к святой христианской вере», герцог Филиберт скончался на руках Маргариты 10 сентября 1504 года, в девять часов утра, на двадцать четвёртом году жизни, в той же комнате в замке Пон д'Айн, где он впервые увидел свет.

Маргарита была безутешна: рассказывают, что её рыдания эхом разносились по всему замку. Она даже попыталась выброситься из окна, но была спасена. Всё герцогство Савойское скорбело вместе с ней по молодому принцу, чья жизнь внезапно оборвалась в расцвете лет.

Маргарита приказала забальзамировать сердце мужа, чтобы всегда держать его при себе. Тело же Филиберта облачили в герцогские одежды со знаками отличия его ранга и уложили на парадную кровать в просторной комнате, дабы подданные могли проститься со своим господином. Затем останки были помещены в свинцовый гроб, на котором выгравировали все титулы покойного, и его похороны прошли с большой помпой. Магистраты Бурга изготовили сотню факелов с гербом города, которые несли горожане, сопровождающие тело из замка Пон д'Айн в церковь Нотр-Дам, хотя Маргарита хотела, чтобы её мужа похоронили в монастырской церкви Бру, рядом с могилой его матери, Маргариты Бурбонской.

В 1480 году отец Филиберта во время охоты неподалеку от того же места, где позже его сын заболел смертельной болезнью, упал с лошади и сломал руку. Его тоже перевезли в Пон-д'Айн, и его жизнь была в опасности. Тогда Маргарита Бурбонская дала обет, что, если её муж выживет, она оснуёт монастырь ордена Святого Бенедикта в Бру. Герцог выздоровел, но его супруга умерла в 1483 году, не успев выполнить обет и завещав это своему сыну Филиберту, чья ранняя смерть также помешала воплотить в жизнь её желание. Теперь Маргарита взяла на себя обязанность основать монастырь, а также воздвигнуть для них обоих, и, прежде всего, для того, кого она любила, как писал Жюль Бо в «Истории церкви Бру», «большую гробницу, которая должна была стать их брачным ложем», где она сама упокоится, когда придет её время.

Убитая горем бездетная вдова, во второй раз лишившаяся любимого мужа, она почувствовала, что вся радость в жизни для неё закончилась. Сразу после смерти мужа принцесса отрезала свои прекрасные золотистые волосы и приказала сделать то же самое своим фрейлинам. Маргарита провела несколько лет своего вдовства в замке Пон д'Айн, где до сих пор сохранились следы её пребывания. Так, она сделала несколько пристроек к зданию, а главная лестница носит её имя. Здесь дочь императора жила в уединении, оплакивая свою судьбу и описывая своё одиночество и печаль в прозе и стихах:


Неужели мне всегда придётся так томиться?

Неужели я должна так скоро умереть?

Неужели уж ничьё не будет рядом сердце биться?

Как же долго приходится это терпеть!


Филиберт оставил слишком глубокий след в сердце Маргариты. Отныне почти на всех своих портретах она изображается в чёрном траурном платье и белом вдовьем покрывале. За что придворный поэт Жан Лемер присвоил своей госпоже титул «Дама траура».

Глава 4

Смерть брата

Кроме многочисленных стихов, Маргарита увековечила память о главных несчастьях своей жизни с помощью придуманных эмблем и девизов, что было очень модно в то время. Когда она вернулась во Фландрию после своей расторгнутой помолвки с Карлом VIII, это было изображение высокой горы с ураганом, бушующим вокруг вершины, и надписью под ней: «Perflant altissima vent» («Самый сильный ветер»). Эта эмблема остроумно выражало идею о том, что те, кто занимает высокое положение, более других подвержены ветрам невзгод. После смерти принца Хуана Астурийского и её ребёнка Маргарита взяла себе другую эмблему: дерево, усыпанное плодами и разбитое молнией с девизом: «Spoliat mors munera nostra» («Смерть лишает нас даров»). Наконец, став вдовой Филиберта, она сочинила свой последний, самый знаменитый девиз, который можно видеть на надгробиях, стенах и витражных окнах церкви в Бру: «Fortuna infortunat fortiter unam». Историки истолковывают его по-разному, например, «Фортуна дурно обращается с дамой» или «И удача, и несчастье делают даму сильнее».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Итальянец
Итальянец

«Я мечтал написать эту немыслимую и совершенно подлинную историю с тех самых пор, как мне в детстве рассказал ее отец», – говорит Артуро Перес-Реверте о романе «Итальянец», который на родине автора разошелся тиражом в несколько сотен тысяч экземпляров. Реальная история итальянских боевых пловцов, потопивших четырнадцать британских кораблей, – история торжества отдельных людей над мощной военной машиной вопреки всем вероятностям – много лет рассказывалась иначе: итальянцы традиционно изображались бестолковыми трусами, и Перес-Реверте захотел восстановить справедливость. Италия была союзницей Германии во Второй мировой войне, но это его не смущает: «В моих романах граница между героем и злодеем всегда условна. Мои персонажи могли оказаться на любой стороне. Герои всегда неоднозначны. А кто этого не понимает, пусть катится к дьяволу». Артуро Перес-Реверте – бывший военный журналист, прославленный автор блестящих исторических, военных, приключенческих романов, переведенных на сорок языков, создатель цикла о капитане Диего Алатристе, обладатель престижнейших литературных наград. Его новый роман – история личной доблести: отваги итальянских водолазов, проводивших дерзкие операции на Гибралтаре, и отваги одной испанской женщины, хозяйки книжного магазина, которая распознала в этих людях героев в классическом, книжном смысле этого слова, захотела сражаться вместе с ними и обернулась современной Навсикаей для вышедшего из мрака вод Улисса. «Итальянец» – головокружительный военный триллер, гимн Средиземноморью, невероятная история любви и бесстрашия перед лицом безнадежных обстоятельств, роман о героизме по любую сторону линии фронта. Впервые на русском!

Анна Радклиф , Анна Рэдклиф , Артуро Перес-Реверте

Фантастика / Готический роман / Классическая проза / Ужасы и мистика / Историческая литература
Война патриотизмов: Пропаганда и массовые настроения в России периода крушения империи
Война патриотизмов: Пропаганда и массовые настроения в России периода крушения империи

Что такое патриотизм: эмоция или идеология? Если это чувство, то что составляет его основу: любовь или ненависть, гордость или стыд? Если идеология, то какова она – консервативная или революционная; на поддержку кого или чего она ориентирована: власти, нации, класса, государства или общества? В своей книге Владислав Аксенов на обширном материале XIX – начала XX века анализирует идейные дискуссии и эмоциональные регистры разных социальных групп, развязавших «войну патриотизмов» в попытках присвоить себе Отечество. В этой войне агрессивная патриотическая пропаганда конструировала образы внешних и внутренних врагов и подчиняла политику эмоциям, в результате чего такие абстрактные категории, как «национальная честь и достоинство», становились факторами международных отношений и толкали страны к мировой войне. Автор показывает всю противоречивость этого исторического феномена, цикличность патриотических дебатов и кризисы, к которым они приводят. Владислав Аксенов – доктор исторических наук, старший научный сотрудник Института российской истории РАН, автор множества работ по истории России рубежа XIX–XX веков.

Владислав Б. Аксенов , Владислав Бэнович Аксенов

История / Историческая литература / Документальное