Читаем Принцессы Романовы: царские племянницы полностью

Принцессы Романовы: царские племянницы

Книга повествует о судьбах 13 племянниц русских царей в период с начала XVIII века до середины ХХ-го. На протяжении двух столетий брак с племянницей русского царя означал для принца и герцога из маленькой европейской страны возможность породниться с одной из могущественнейших и богатейших держав, получить за невестой роскошное приданое, с помощью которого можно было подправить как семейный, так и государственный бюджет. Судьбы одних «юных жертв высокого происхождения» складывались предсказуемо печально, но есть истории, похожие на захватывающий роман, и – просто счастливые.Для широкого круга читателей

Елена Владимировна Прокофьева , Марьяна Вадимовна Скуратовская , Нина Матвеевна Соротокина

Биографии и Мемуары18+

М. В. Скуратовcкая, Н. М. Соротокина, Е. В. Прокофьева

Принцессы Романовы: царские племянницы

© Скуратовская М. В., Соротокина Н. М., Прокофьева Е. В., 2016

© Оформление, издательство «БХВ-Петербург», 2016

Авторы выражают огромную признательность

Дарье Корольковой – без ее помощи и поддержки эта книга могла бы и не состояться,

а также благодарят Наталью Харсу и Софью Пономареву за содействие в сборе иллюстративного материала.


Вступление

Имена царских дочерей знают многие, особенно из числа людей, интересующихся историей России. Имена племянниц остаются в памяти гораздо реже – при том, что эти девушки точно так же выступали ценнейшим товаром на политических торгах. Чуть менее дорогим, чем дочери, но все же! Заполучить в жены племянницу российского императора – означало породниться с одной из могущественнейших и богатейших держав, получить за невестой роскошное приданое, с помощью которого можно было подправить как семейный, так и государственный бюджет, к тому же почти все русские царевны и великие княжны были недурны собой, и уж по крайней мере красивее и здоровее европейских принцесс, зачастую обязанных близкородственным бракам как внешними, так и физическими изъянами. И конечно, никто не думал об их чувствах, так же как и о чувствах царских дочерей… Но вряд ли общность судеб тех и других могла служить утешением для царских племянниц, юных девушек, лишенных права на любовь. Безупречное исполнение долга должно было стать смыслом их жизни. Счастливы были те, кто находил утешение в этом служении. Иным удавалось отогреть сердце возле колыбели. И лишь единицы решались нарушить закон и любить по собственному выбору.

Судьбы племянниц российских императоров интересны еще и потому, что именно на царских племянницах впервые «поставили эксперимент» по выдаче русских царевен замуж за иноземных принцев: первой, в 1710 году, была выдана Анна Иоанновна за Фридриха Вильгельма Курляндского, затем, в 1716 году, Екатерина Иоанновна – за Карла Леопольда Мекленбург-Шверинского, и лишь в 1724 году Петр Великий выдал свою дочь Анну за Карла Фридриха Голштейн-Готторпского. Племянницы были – первыми.

И они же явились последними… Последними выжившими Романовыми. Четыре дочери царя Николая II погибли вместе с родителями в подвале Ипатьевского дома в ночь с 16 на 17 июля 1918 года, но многие племянницы уцелели, уехали, и началась их иная жизнь: жизнь вне России.

Мы позволили себе включить в наше повествование рассказ о судьбе дочерей Кирилла Владимировича, самопровозглашенного Императора Всероссийского, ибо эти княжны также были рождены под сенью двуглавого орла, но о жизненном пути Марии и Киры современному читателю известно крайне мало. А ведь их биографии заслуживают самого пристального внимания. Уникальны, ни с чем не сравнимы, похожи на захватывающий роман судьбы принцесс-изгнанниц Марии Павловны, Елены Владимировны. О них наша книга.

Глава 1. Из гнезда Петрова

Их было пять – русских принцесс, юных девушек, с помощью которых великий царь Петр I «ничтоже сумняшеся» решал свои политические дела, выдавая их замуж за европейских принцев. Правда, выдал только четверых, пятую не успел… Пятая взошла на трон под именем императрицы Елизаветы I. Впрочем, императрицей стала и ее двоюродная сестра Анна Иоанновна – выданная замуж на редкость неудачно.

Судьба причудливо тасует свои карты! По русской традиции дочерей царя Ивана называют Ивановнами, а по придворному, церковно-торжественному – Иоанновнами, дочерей царя Петра Великого – Петровнами. У Ивана дочерей трое: Екатерина Иоанновна – будущая герцогиня Мекленбургская; Анна Иоанновна – будущая герцогиня Курляндская, а затем императрица Российская, а еще есть Прасковья Иоанновна, судьба которой всегда оставалась в тени судеб ее сестер. И у Петра – двое: Елизавета Петровна, будущая императрица, и Анна Петровна, которая проживет короткую и трагическую жизнь, станет объектом множества интриг, выйдет замуж за герцога Карла-Фридриха Шлезвиг-Гольштейн-Готторпского и родит будущего царя с не менее трагической судьбой…

Первыми оставили родину Ивановны.

* * *

Начнем издали, то есть с азбучной информации. Некоторые читатели и без меня все помнят, другие знали, но забыли. Словом, не мешает поновить школьные знания.

Царь Федор Алексеевич скончался в 1682 году двадцати лет отроду бездетным. После его смерти осталось два брата, два претендента на престол: шестнадцатилетний Иван (сын царя Алексея от Милославской) и десятилетний Петр (от Натальи Нарышкиной). Неизбежно образовались две партии, два противоборствующих клана: Милославских (во главе с царевной Софьей) и Нарышкиных.

Перейти на страницу:

Все книги серии Окно в историю

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
Мсье Гурджиев
Мсье Гурджиев

Настоящее иссследование посвящено загадочной личности Г.И.Гурджиева, признанного «учителем жизни» XX века. Его мощную фигуру трудно не заметить на фоне европейской и американской духовной жизни. Влияние его поистине парадоксальных и неожиданных идей сохраняется до наших дней, а споры о том, к какому духовному направлению он принадлежал, не только теоретические: многие духовные школы хотели бы причислить его к своим учителям.Луи Повель, посещавший занятия в одной из «групп» Гурджиева, в своем увлекательном, богато документированном разнообразными источниками исследовании делает попытку раскрыть тайну нашего знаменитого соотечественника, его влияния на духовную жизнь, политику и идеологию.

Луи Повель

Биографии и Мемуары / Документальная литература / Самосовершенствование / Эзотерика / Документальное
След в океане
След в океане

Имя Александра Городницкого хорошо известно не только любителям поэзии и авторской песни, но и ученым, связанным с океанологией. В своей новой книге, автор рассказывает о детстве и юности, о том, как рождались песни, о научных экспедициях в Арктику и различные районы Мирового океана, о своих друзьях — писателях, поэтах, геологах, ученых.Это не просто мемуары — скорее, философско-лирический взгляд на мир и эпоху, попытка осмыслить недавнее прошлое, рассказать о людях, с которыми сталкивала судьба. А рассказчик Александр Городницкий великолепный, его неожиданный юмор, легкая ирония, умение подмечать детали, тонкое поэтическое восприятие окружающего делают «маленькое чудо»: мы как бы переносимся то на палубу «Крузенштерна», то на поляну Грушинского фестиваля авторской песни, оказываемся в одной компании с Юрием Визбором или Владимиром Высоцким, Натаном Эйдельманом или Давидом Самойловым.Пересказать книгу нельзя — прочитайте ее сами, и перед вами совершенно по-новому откроется человек, чьи песни знакомы с детства.Книга иллюстрирована фотографиями.

Александр Моисеевич Городницкий

Биографии и Мемуары / Документальное