Опять эта Пескова! Как она мне надоела! Лариса держала Рому под ручку и выглядела весьма мило. То есть раньше от нее таки исходила волна агрессии. Сейчас она ну никак не напоминала бой-бабу с этими кудряшечками и розовой помадой. Даже юбку надела, ну ничего себе…
После расставания с Ромой я возвратилась к привычному для себя стилю: джинсы, толстовки, футболки, из косметики – тушь для ресниц. Я выгляжу невзрачно, незаметно, как я привыкла, мне вполне комфортно. Но почему-то сейчас мне захотелось накраситься и надеть легкомысленное платье, чтоб Пескова не думала, что она самая красивая.
–Давайте поговорим, – вяло ответила я и пошла вперед.
Меня радовало, что Рома молчит. Если подключить фантазию, можно подумать, что он не согласен с претензиями Ларисы. Сама Пескова говорила без умолку. Да, ее замечания были верными, но этот факт не поднимал мне настроения. Я цеплялась за Максима не только потому, что меня влекло к нему. Еще одна причина, в которой я боялась признаться себе, заключалось в том, что Сомов помогает забыть Алмазова. Не могу сказать, что я по-прежнему люблю Рому. Но его присутствие все еще выводит меня из равновесия. Привычка.
–Я подумала, что мы можем… – начала Лариса, но не успела договорить.
Дальнейшее произошло слишком быстро, чтобы мы успели отреагировать. Все, что я помню – визг тормозов, двое крепких мужчин и темнота…
Первое, что я ощутила, холод. Я обхватила себя руками. Рядом кто-то сидел, я прижалась к нему раньше, чем успела себя остановить.
–Насть, это ты? – шепотом спросил человек. Голос, кажется, принадлежит Роме.
–Да.
–Лариса еще спит, – сказал Рома чуть громче.
–Где мы?
–Не знаю. Я очнулся уже здесь.
Поборов желание уткнуться Роме в грудь, я решительно отодвинулась и попыталась встать. Со второй попытки мне это удалось. Я с удовольствием потянулась, растерла руки, ноги и почувствовала себя значительно лучше. Глаза уже привыкли к темноте, но утешение было невелико. Передо мной была лестница, ведущая вниз.
–Ром, посвети, – попросила я.
–Нечем. Телефон не работает.
Где-то послышались повышенные голоса, что-то упало.
–Блин, – Рома вскочил на ноги. Голоса становились все ближе. Неужели сейчас откроется дверь?
Но вскоре наступила тишина. Заворочалась Лариса.
–Что будем делать? – нервно спросила я.
–А какие варианты?
–Где мы? – охрипшим голосом спросила Лариса.
–Не знаем, – хором ответили мы с Ромой, – сейчас кто-то орал. Близко.
–Нас типа похитили? – неуверенно спросила Лариса.
–Похоже на то, – отозвался Рома, – итак, чего будем делать? Я так понимаю, либо спускаться, либо остаться на месте. Ни то ни другое мне не нравится.
–Спускаться? – переспросила Лариса, – здесь есть лестница? А выключатель вы не нашли?
–Нет, – смущенно ответил Рома, – я как-то не подумал.
–Если есть лестница, значит по ней спускаются, а это значит, что должно быть электричество. Не думаю, что сюда приходят с фонарем, – рассуждала Лариса, разминаясь.
Мы принялись обшаривать стены. Они были холодные и шершавые. Рома быстро нашел выключатель, но свет не вспыхнул.
–Предлагаю переиначить Ларискины мысли. Любая лестница куда-то ведет, это значит, если идти по ступенькам, то куда-то придешь, – сказал Рома.
–Идти вниз, – протянула я. Нет, спасибо, не хочется.
–Если все так запущено, можно предположить, что они не пользуются этим помещением. – предположила Лариса, – вдруг внизу есть, где спрятаться.
–А если мы останемся тут, то встреча неизбежна, – подхватил Рома, – предлагаю идти вниз по лестнице.
–Я согласна, – отозвалась Лариса.
–Не знаю…
Мы немного поспорили, и я признала, что лучше спуститься. Похитители рано или поздно вернуться. Лучше попытаться спрятаться, чем сдаться без боя. Не знаю, что им от нас требуется, но… Знаете, люди, которые усыпляют и увозят без твоего ведома, доверия не вызывают.
Ни у одного из нас не было ни зажигалки, ни фонарика, телефоны не работали. Ступени были слишком широкие, приходилось или широко шагать, либо топтаться. Мы взялись под руки и прижались друг к другу. Рома, конечно, рядышком с Ларисой, я была с краю, как это не удивительно, но я не возражала против своей позиции. Если из темноты на нас вылетит что-то большое и страшное, оно попадет в Пескову. Низкие мысли, скажете вы? Попробуйте спуститься в темноте неизвестно куда, а потом рассуждайте о благородстве.
Лестница оказалась короткой. Я насчитала двенадцать ступенек, но шли мы жуть, как долго. Мне слышался скрежет ключа, словно вот-вот откроют дверь и застанут нас за бегством.
–Поворот, – тихо сказал Рома.
Коридор сузился, нам пришлось идти по одному. Первый в цепочке был Рома, следом, почти вплотную, Лариса.
–Не торопись, – шептала она, – вдруг впереди яма. Не торопись.