Не обращая внимания на доносящееся из кухни жалобное мычание и на то, как Теддингтон неаппетитно вынимает изо рта куски рогов и копыт, плюнула кровью в официанта, который понял мое слово «слабозажаренный» как «еще заметно дышащий». Потом, не слушая жалобы Теддингтона на музу (которую ничуть не растрогали его воздушные подвиги), потащила его в соседнее кафе – пусть закажет более удобоваримый источник гемоглобина. Там ко мне пристал какой-то америкашка – думал, я угощу его пивом только за то, что он спутал меня с Камерон Диас.
Вынуждена была встать ни свет, ни заря, чтобы попасть в церковь – исключительно ради Анжелиной свадьбы. Удачно пропустив скоропалительную помолвку и скомканный девичник, думала заодно проманкировать торопливой церемонией и поспешным угощением в китайском ресторанчике. Однако в последний момент решила пойти: все-таки я свидетельница. Пусть на Анжелиной свадебкой фотографии будет хоть одно приятное лицо.
В церкви все пошло наперекосяк, особенно когда Анжелин папаша поймал жениха, бежавшего почему-то не к алтарю, а к выходу. Под конец исключительно нудной церемонии Анжела разрыдалась – думаю, не столько от полноты чувств, сколько от того, что жених, говоря «да», украдкой бросал на меня страстные взгляды.
Разочаровала подружек невесты, поймав букет. Должна признаться, это было несложно: я в лайкровом мини-платье оказалась куда проворнее, чем они в своих викторианских оборках.
Очередной докучный звонок от бывшего, который по-прежнему развлекает туристов в Австралии. Впрочем, думаю, на этот раз он позвонил ненамеренно, потому что не заметил, как я сняла трубку. Скорее всего, мобильник лежал у него в кармане и кнопка повторного звонка нажалась сама собой. В итоге мне пришлось два часа слушать, как он пыхтит, поднимаясь на Айерс-рок, прежде чем у мобильного сели батарейки. Предпочла бы не слушать, как он совершает смертельное для человека такой комплекции восхождение, но трубку не вешала – у моего бывшего тарифный план с низкой абонентской платой. Можно надеяться, что каждая минута обошлась ему примерно в сто фунтов.
Характерная история – впервые в этом году купила продукты в магазине и тут же вынуждена была спустить их в мусоропровод: прочла в женском журнале, что продукты длительного хранения содержат консерванты, вызывающие преждевременное старение.
Похоже, придется обходиться свежими фруктами, овощами и собачьим кормом (который зазря стоит в буфетной с тех самых пор, как шесть дней назад трагически пропал Лестер).
После совершенно отвратительного завтрака вынуждена была мчаться в аэропорт – забирать тяжелобеременную Анжелу. Она в полной истерике: вынуждена была прервать медовый месяц на Тосса-дель-Мар. Уверена, она застукала милого за извращенным занятием – покупкой маек местного производства.
Прожив в счастливом браке три дня и две ночи, Анжела уже подумывает о разводе. Говорит, что Оболтус, быть может, не идеальный муж. Хотелось ответить: «О чем ты, милочка, думала, когда он на первом свидании затаскивал тебя в свой драндулет?»
Мужественно удержалась от дешевых попреков, сочувственно посопела, отвезла Анжелу домой и сказала, что всегда готова прийти на выручку ей и будущей крошке. Думаю, что ничем не рискую, – наверняка к концу недели они с Оболтусом помирятся.
Попробовала собачий корм. Теперь понимаю, почему Лестер вечно ходил по дому с такой кислой миной.
Проснулась в холодном поту: услышала в ночной телепередаче, что женщинам после тридцати пяти приходится довольствоваться мужчинами по вызову, вечеринками «для тех, кому за…» и кошками – а у меня на все это страшная аллергия.
Помчалась к доктору Амуру и сказала, что у меня женские проблемы. Тот, превратно истолковав диагноз, который я себе поставила, достал резиновые перчатки и гинекологическое зеркало. Пришлось объяснить, что у меня проблемы совершенно иного толка: психосоматическое расстройство на почве сексуальной подавленности, поскольку я уже некоторое время не предавалась бешеной страсти с представителем противоположного пола.
Подозреваю, что красавчик доктор охотно удовлетворил бы меня здесь и сейчас, однако он проявил похвальную выдержку и назвал адрес известного психолога в Блумсбери.
Выяснив, что психолог – разведенный и разговорчивый мужчина, вышла от врача слегка окрыленной: по крайней мере, мне будет на ком попрактиковать женские чары.
Зла, как черт. Выбросила на ветер несколько сот долларов, только чтобы выслушать от очкастого зануды, что причины моих любовных неудач – в эгоцентричной самовлюбленности. Хотелось спросить: «А чего бы иначе я стала сюда переться и сидеть у вас шесть с половиной часов?»