Глава 3
О том, что чужое тело – тот ещё шкаф со скелетами
О своём решении я пожалела не когда-нибудь в далёком будущем, а буквально через пару минут после согласия.
– И я должна разгребать это всё за неё?! – возмущению не было предела. Во мне всё буквально бурлило от недовольства и праведного гнева.
Ладно там горе-любовник Элшар, с пылкими признаниями и не только с ними, его ещё я могла бы стерпеть, в конце концов, отваживать мужиков я привычна, но так и в академию она попала в число преподавателей не благодаря собственным умениям. По крайне мере, в личном деле имелись намёки на весьма туманные обстоятельства, связанные с какой-то шишкой из тамошнего министерства.
– Но так это же не ты всё сделала! – не меньше моего возмутился Григорий (так представился клерк небесной канцелярии). Почему его имя было столь причудливым, он объяснил с неохотой – маменька его, пусть икается ей в загробном мире вдвойне сильнее, уж больно ценила культуру Земли. В честь какого-то тамошнего деятеля и назвала Гришу, а он со столь неподходящим ему именем всю жизнь мается.
– А репутация то досталась вместе с телом мне! – сдаваться я не собиралась.
Конечно, можно закрыть глаза на людские сплетни, но… Не согласна я с репутацией распутной девицы ходить! Не согласна и всё тут! Была у нас на работе одна дева, получившая место в бухгалтерии благодаря красоте своей неземной и груди пятого размера, так весь коллектив её дружно недолюбливал, а некоторые (те, что в тайне мечтали занять её место) даже ненавидели и подстраивали всяческие гадости. Я же, зная силу женской неприязни, не очень-то мечтаю оказаться на таком месте. А уж стоит представить мужское восприятие моего, то есть Элены этой, статуса, так всё – можно сразу забыть о жалости и бежать к верховному хранителю.
Я девушка приличная, порядочная, умная, всего добившаяся собственным трудом… Не хочу я наступать на горло сложившимся принципам!
– Но ты ведь можешь доказать, что ты не такая! – Сморозил глупость дядя Гриша.
– С чего это я доказывать-то должна? У меня есть своё тело – порядочное, ни в каких порочных связях не замеченное, а не это вот…
Брезгливо ткнула в свою грудь, точнее не в свою… А! Как же это сложно – я, вроде бы я, и не я одновременно.
– Но это же временно! – не выдержал и тонко заголосил старик.
Я выдохнула шумно и пробубнила:
– Ну так я не знала, что даже на время придётся стать распутной женщиной!
– Да не нужно тебе никем становиться, – и не подумал успокаиваться Гриша. – Тебе лишь нужно пару дней не показываться никому на глаза, к тому же ты вон в лазарете лежишь, скажешься больной, а я как раз разыщу Громхельма.
Звучало не так уж и плохо, но…
– А почему вы, Григорий, уверены, что найдёте его так быстро? – Не то, чтобы я была пессимисткой, только… Не верилось, что-то, что всё будет настолько просто.
– А чего сомневаться? – Вполне себе искренне удивился старик. – Кто ищет, тот всегда найдёт! – поднял палец вверх, гордясь своей уверенностью.
– Когда-нибудь, – добавила тихо и со вздохом согласилась: – Хорошо. Но у вас есть два дня, потом, если ничего не получится, всё же придётся пойти к хранителю.
В глазах Гриши мелькнула какая-то тень, но тут же растаяла, и старик счастливо улыбнулся.
Два дня в лазарете… Ну что ж, хотя бы высплюсь.
Проснулась я с довольно странным ощущением – вот вроде бы спала, а будто и не спала вовсе. А потом вспомнила, что добрую половину ночи разбиралась с Гришей и его ошибкой. Во сне. Или не во сне вся эта вакханалия происходила?
Вот что за дурдом? Жила я себе спокойно, ни о чём таком не мечтала и на тебе – путешествие в другой мир, с переселением в другое тело.
За окном во всю властвовало солнце, на вид самое обычное. Я поднялась с кровати и принялась изучать природу на предмет иномирности, но и тут ничего особенного не обнаружила – трава была зелёной, стволы деревьев коричневыми, мелкий щебень на дорожке бело-серым. Словом, ничего примечательного и удивительного. Я даже расстроилась. Мне-то думалось, что меня ждёт за окном что-то в духе Аватара, а тут всё чинно и благородно.
И только я успела подумать об этом, как где-то вдалеке громыхнуло, да с такой силой, что стёкла задрожали, а я подпрыгнула на месте, хватаясь за сердце. Потом над деревьями поднялось алое зарево и снова громыхнуло. Потом ещё и ещё, пока дверь за моей спиной не распахнулась и в комнату всё так же брюзжа, как и вчера, не вошла медсестра:
– Доброе утро, мисс Элена, опять ваши боевики практикуются, и ведь специально полог не ставят, охломоны такие!
Сочетание «ваши боевики» и грохот, как от бомбёжки мне определённо не понравились. Я даже дыхание затаила, когда прозвучал очередной «залп». А женщина как ни в чём не бывало, продолжила:
– Ну-с, как вы себя сегодня чувствуете? Слабость прошла? Голова не кружиться? Можно вас уже восвояси отправлять?