Если Хал решил, что ее обувь скучная, то одежду сочтет еще скучнее. Разве что цветом трусиков его впечатлить? Что ж, Хани все равно хотела сбить с соседа его язвительность.
– На мне ярко-красные трусики с надписью «воскресенье», хотя сегодня вторник, а еще у меня в пятницу крутое свидание намечается.
Наградой ей стало нечто вроде полусмешка с той стороны двери.
– Я бы посоветовал тебе надеть на него что-то пособлазнительнее. Ну или поактуальнее, на худой конец.
– А он все равно моих трусиков не увидит. Я его вообще еще не встречала. Это свидание вслепую. – Хани с шумом втянула воздух. – Блин! Хал, прости. Я не подумала.
Удивительно, но он открыл дверь чуть пошире.
– Не извиняйся. То, что ты без конца наступаешь на эти грабли, – самая лучшая твоя черта.
Услышав этот странный комплимент, Хани улыбнулась и открыла банку колы.
– Пить хочешь?
– Это же не виски? – спросил Хал с набитым ртом, наверняка зная ответ.
Хани вложила банку ему в появившуюся в щели руку.
– Неа.
Услышав глотки, она закрыла глаза и практически увидела, как он сидит за дверью, расставив ноги, согнув колени, опершись на них локтями и запрокинув голову. Как у него двигается кадык. М-м.
– Так с кем ты там встречаешься?
Вопрос резко выдернул Хани из мечтаний обратно в реальность.
– С каким-то парнем по имени Дино. Он играет в группе и любит блондинок.
– Ого, – присвистнул Хал. – А я тебя недооценил. Оказывается, ты фанатка, не умеющая нормально подбирать белье.
– Никакая я не фанатка, – отрезала Хани. – Не я организовывала это свидание, а мои подруги. Им приспичило свести меня с пианистом, потому что… – Хани осеклась.
А эти разговоры через дверь оказались опасной штукой. Каким-то странным образом физический барьер снимал эмоциональные.
– Наконец-то что-то интересное. Продолжай.
Хани уставилась на потолок.
– Не хочу.
– Так тем более.
Она сморщила нос.
– Честно, причина очень глупая.
– И почему это меня не удивляет? Ну же, Ханисакл. Почему ты встречаешься с пианистами?
– Скажи мне, Хал, почему я вдруг почувствовала себя как Клариса Старлинг из «Молчания ягнят»?
– Я не стану убивать тебя, пока не услышу ответ.
Хани шумно выдохнула.
– Я встречаюсь с пианистами, потому что… потому что подруги решили привнести перчинку в мою интимную жизнь.
Хал рассмеялся. По-настоящему. А потом спросил:
– Но почему именно пианисты? Разве они не скучные до зубовного скрежета?
Хани потерла лоб. И с чего она выкладывает это соседу? Словно у психолога на приеме сидишь.
– Я ни одного не знаю, поэтому не могу сказать скучные они или нет. В субботу утром отчитаюсь. Кроме того, строго говоря, Дино играет не на пианино, а на синтезаторе.
– Спрошу еще раз и помедленнее. Почему именно пианисты?
– Боже, Хал! А мне обязательно отвечать?
– Прекрати увиливать. Я твой бедный слепой сосед, и ты моя единственная связь с внешним миром. Имей совесть.
От такого откровенного давления Хани аж ахнула.
– Так нечестно, и ты это знаешь.
– Жизнь вообще несправедлива. Уж поверь. Так почему пианисты?
– Боже, Хал! – взорвалась она. – Потому что, предполагается, у них умелые руки! Мои подруги родили безумную идею, мол, пианисты идеальные любовники, так как умные и чувственные.
В ответ повисла оглушительная тишина. Потом:
– Хани, сколько тебе лет?
Она вздохнула.
– Двадцать семь.
Хал снова затих.
– Да иди ты. Тебе двадцать семь, и ты все еще девственница?
– Нет! Нет… я не девственница. Дело не в этом. Я свой лимит мужчин выбрала, спасибо большое.
Хани говорила не думая, и тут же об этом пожалела, потому что попросту загнала себя в угол. Она покачала головой, закатила глаза и решила выложить все побыстрее и не мучиться.
– Слушай… Я нечаянно сболтнула им, мол, у меня не бывает оргазма во время секса, и они словно свихнулись. Я пыталась объяснить, что ничего тут страшного, ну вот так устроено мое тело, но они не поверили, а теперь стараются свести меня с кем-нибудь, чтобы доказать, как я ошибалась, и заставить меня кричать громче, чем Мэг Райан в «Как Гарри встретил Салли». – Хани перевела дыхание. – Ну вот. Доволен? Меня зовут Ханисакл Джонс, и я не кончаю. Достаточно интересно или еще что сказать?
С горящими от смущения щеками она устало откинулась на стену.
Несколько минут спустя Хал обрел дар речи.
– А ты именно с мужиком не кончаешь или вообще?
Ну просто калька с беседы с Ташой и Нелл.
– Вообще. Во-об-ще. А теперь давай уже сменим тему. Твой черед рассказать мне что-то, чего я про тебя не знаю.
Она почти слышала, как Хал трясет головой.
– Но ты же можешь довести себя до оргазма? Сама?
Отлично. Они обсуждают мастурбацию при том, что едва знакомы.
– Хал. Давай я проясню раз и навсегда. – Хани скрестила руки на груди. – Я не испытываю оргазм ни сама, ни с кем-то. Это простой факт, с которым я спокойно живу, веришь ты мне или нет. Все в порядке. Я не фригидная и наслаждаюсь сексом. И очень хороша в этом, если тебе так обязательно знать. – Она вызывающе вздернула подбородок.
Хал снова рассмеялся. Хани обрадовалась и разозлилась одновременно.
– Уверен, что хороша, коли уж успела выбрать свой лимит мужчин и даже больше.