Конечно, знал я, что Лига женщин берет на службу, но у меня как-то сразу возникала ассоциация: этакий женский истребительный батальон - коренастая фигура, ноги, как у драгунского офицера, усы на губе... А тут вдруг такое чудо - точеную фигурку даже кожаные штаны и зеленый камзол не скрывают, брови вразлет, глазища зеленые и нахальные, волосы почти как у Малыша отливают медью... И разглядывает меня без стеснения. Надо думать, зрелище не ах...
Мастера расселись, не дожидаясь приглашения. Это мне уже понравилось, без дураков - не люблю церемонии, если разговор предстоит деловой и неприятный. Малыш остался подпирать дверь, изображая телохранителя.
- Сядь, Малыш, не маячь.
Бородатый Ангерм нахмурился:
- Непосвященный?
Карриг на момент вышел из прострации, дернул себя за длинный ус, но ничего не сказал. Я изобразил фирменную улыбочку отравителя:
- Этот непосвященный посвящен в такие вещи, которые и вам бы знать полезно. Военный советник, - добавил я «со значением». Северянин открыл было рот, но маленький торианец заткнул его коротким жестом:
- Хорошо. У нас все равно военный совет.
Так-с... Опять угадал, как кур в ощип. А этот мышеобразный торианец, а-Гирлаф, похоже, в компании Мастеров основной...
Я закурил:
- Ладно, тогда - вперед. По-моему, вы малость ошиблись. Вы считаете, что я - преемник Грентвига?
Молчаливый и дружный кивок. Я хмыкнул, на виду у всех отстегнул с руки браслет, торжественно положил на стол:
- Извини. Это я не из скромности - просто для такого дела я недостаточно информирован и подготовлен.
Торианец быстро переглянулся с Карригом, потом так же, по-змеиному резко, развернулся ко мне:
- Поэтому мы здесь. Грентвиг просил тебе помочь.
- Стоп. Ты не понял. Я не могу быть главой Лиги, потому что я не могу им быть. Начнем хоть с того, что те способности, на которые Грентвиг рассчитывал, я утратил.
- Это неважно.
То есть?.. Вообще, проясним ситуацию: у Грентвига в Лиге ведь должен быть какой-то заместитель - на случай болезни, смерти, отставки?
- Конечно.
- Так. И кто это?
- Ты.
- Впервые слышу, - пробормотал я ошалело, потирая подбородок. Чувствую себя героем какого-то старого еврейского анекдота...
Я осторожно осведомился:
- А мой преемник и заместитель?
- Тот, кого ты назначишь.
- Ага. Значит, теоретически я сейчас могу в любого из вас пальцем ткнуть и заявить: «Чур, ты будешь начальником»?
Мой вопрос вызвал легкую панику. У Каррига рожа вытянулась еще сильнее, он потянул себя за усы, как за вожжи - наверно, чтоб пасть на замке удержать. Ангерм покраснел и раздулся. Рингерт отреагировал чем-то вроде понимающей усмешки. Во взгляде Йельгиты появилось какое-то прямо-таки нездоровое любопытство.
А-Гирлаф, как и следовало ожидать, опомнился первым, провел по плеши широкой, почти круглой ладонью:
- Грентвиг говорил, ты настоящий Мастер.
- Правильно. Именно поэтому предпочитаю в незнакомые игры не играть, - я тоже в упор уставился на него. Вот теперь что-то чувствую - например, с Карригом они связочку держат... Это уже интересно.
А-Гирлаф выдержал мой взгляд, на мигая - бледные прозрачные глазки буравили меня:
- Ты должен принять этот пост.
Не понял... Это что - провокация на открытое столкновение? И какого, вообще говоря, лешего?! Постоянно слышу: «Должен, должен, должен»... Что я у них - занимал?! Хватит с меня этих приколов. И так-то все что можно потерял, считая себя самого, прошел через такое, что им и не снилось, а мне – «должен»...
Вместо того, чтобы выругаться как следует, я ответил предельно спокойно:
- А вот тут ты не прав. Я никому ничего не должен.
Снова пауза. Теперь чувствую эмоциональный настрой каждого из пятерых Мастеров: тяжелое и тупое непонимание - Ангерм; Рингерт - смесь любопытства и симпатии, явно за меня болеет. А-Гирлаф и Карриг - смесь недоброжелательности с решимостью своего добиться так или иначе. Вот эти двое могут попытаться меня заломать даже с применением Силы... хотя едва ли на это пойдут. Похоже, кому-то из них, скорее всего, торианцу, не терпится встать за моей спиной в роли «серого кардинала». Добрая старая игра в куклы, значит... Но вот с какой целью?
Ангерм решился наконец на танковую атаку с фланга, вызвав недовольный взгляд Каррига:
- Грентвиг именно тебе браслет отдал.
Я оставил его слова без внимания, медленно обвел собравшихся взглядом, остановил его на «основном», обращаясь главным образом к нему:
- Попробуем говорить откровенно, годится?
Тот выжидающе промолчал. Я поудобней уселся, опершись спиной о стену:
- Итак. Я вам назвал пару причин, каждой из которых достаточно, чтоб меня отклонить. Есть еще несколько. В чем дело?
Торианец снова огладил плешь:
- То, что ты мало знаешь и умеешь, ничего не меняет. Грентвиг оставил браслет тебе, и нас - в твоем распоряжении.
Ясно. А меня - в вашем. И все-таки - зачем я вам? Ты ведь сам, кажется, на против это место занять?