Отход батальонов 155 гв. сп проходил беспорядочно, царила неразбериха, которую усиливала беспрерывная бомбежка. Бойцы выходили из боя группами и поодиночке, часть сил попала в кольцо в хуторе. В дневной сводке 2 тк СС отмечается
К этому моменту в частях 52 гв. сд были на исходе боеприпасы. Подвезенные на 13 автомашинах снаряды сожгла авиация противника. Однако гвардейцы, оставаясь в окружении, уничтожали живую силу противника огнем и в рукопашных схватках. Последним противотанковым резервом у комдива оставался 230-й отдельный танковый полк полковник Д.А. Щербакова. Он имел на вооружении танки «МЗС» и «МЗЛ». Согласно плану обороны три его роты из четырех были сосредоточены в районе Быковки.
«Многоэтажные» американские машины имели слабую броневую защиту, поэтому эффективно их можно было применять лишь из засад и против пехотных частей, не имевших поддержки танков и хорошо организованной противотанковой обороны. Но выбирать не приходилось, враг рвался в глубь рубежа дивизии. В этот момент было крайне важно дать возможность отходящим подразделениям оторваться от преследования и закрепиться на позициях в районе с. Быковка. Поэтому полковник И.М. Некрасов примерно в 14.00 бросил в бой одну танковую роту против боевой группы мд СС «Рейх» с задачей остановить ее продвижение. По немецким данным, наши танки вступили в бой на участке примерно 6 км сев. Березова, за высотой 233.2. В это же время еще две роты ударили по авангарду дивизии СС «Лейбштандарт Адольф Гитлер» в 1,5 км юж. Быковки. Это была первая контратака советских танковых частей в полосе эсэсовского корпуса. О ней офицер Генерального штаба при 6 гв. А подполковник Шамов так докладывал в Москву: