Неизвестный принес цветок 14 февраля, чем поверг Алексея в смятение. На видео опять ничего не видно, интересно, а как он летом выкрутится, на День защиты детей? Опять в зимнем тулупе придет? Но не в этом суть. Рядовые советские граждане и понятия не имеют о Дне всех влюбленных, а этот, смотри-ка, в курсе! Продвинутый, как Константин выражается, чел. Ирина просветила Лешку насчет этого буржуазного праздника, после чего возник вопрос – кто у нас в Союзе может быть в курсе? Во-первых, те, кто выезжает за рубеж, причем, скорее всего, в капстрану и надолго, ведь из летней туристической поездки в Болгарию такую информацию вряд ли привезешь. Во-вторых, кто-то, как говорили после революции, «из бывших», ведь до революции этот праздник в «благородных» кругах любили и отмечали. Значит, поклонник этот может быть из такой семьи, где бабушка ему с детства об этом празднике рассказывала. В-третьих, человек может иметь какую-то узкую специализацию, историческую или даже богословскую, хотя трудно представить, например, священника, крадущегося под покровом ночи и умело уворачивающегося от камеры. Ну и все? Хотя, пожалуй, есть и в-четвертых. Их всего пятеро, и это те, кто переместился сюда из дальних времен, когда, как рассказывала Ирина, этот праздник полюбили и с удовольствием отмечали влюбленные. Только кого здесь подозревать, разве что Константина и Петра. Или нет, одного только Петра; не похож Константин на двоеженца, влюбился в Катьку как мальчишка.
Тут у Алексея мысли побежали в другую сторону. «Чего тянет Костик, вот бы здорово было отметить две свадьбы одновременно. Эх и закатили бы пир на весь мир! Ладно, на какую дату мы подали заявление, он знает, успеет или не успеет – это его проблемы. Главное, что, как честный мужчина, жениться он теперь обязан. Я надеюсь, что он не собирается поиграться с Катькой по-быстрому и вернуться в свое будущее! Неприятная мысль мгновенно поселилась в голове и назойливым червячком стала сверлить мозг. Нет, такому не бывать. Костик не сволочь, да и брат у Катерины имеется, в обиду не даст. А все-таки здорово было бы, если б они нарожали кучу рыжих детишек…»
О чем докладывать Семецкому, Алексей не представлял. Как проверять всех, кто «во-первых, во-вторых и в-третьих»? Нет такой сети, чтобы всю Москву с Подмосковьем накрыть и прошерстить. А «в-четвертых» вообще гипотеза бредовая, Семецкий сразу идею зарубит и высмеет.
Арина очень рассчитывала на Джона. Она страстно хотела выйти замуж за иностранца, а уж за американца – верх мечтаний. Она всегда была уверена в себе и сейчас тоже не сомневалась, что за несколько месяцев знакомства смогла его приручить. Джон представился ей торговым представителем, много о работе не говорил, только мечтал, что скоро его командировка закончится и он сможет вернуться на родину. Но пока не звал ее с собой. Арина была уверена, что – пока. Но обязательно позовет. Он ведь к ней так привязался, она ему даже по работе несколько раз помогала. Поэтому когда Джон завел разговор о том, что ей нужно последить «за одним человеком», она решила, что речь идет о промышленном шпионаже, и легкомысленно ответила:
– Послежу, конечно, только ты проинструктируй как следует, я же никогда с шпионами дела не имела.
– Помнишь Петра, которого ты по моей просьбе подвозила из Тушино в Курьяново?
– Он шпион? Ты об этом не говорил.
– Нет, но именно он познакомит тебя с человеком, за которым придется последить. Для начала ты просто познакомься с ним, подружись. А потом я скажу, что надо делать.
И Петр пригласил Арину в гости к Константину. Он встречал ее на станции; приехала Арина, правда, не на электричке, а на серых «жигулях», и Петр, подсев к ней в машину, показывал дорогу до Костиной дачи.
Протягивая руку и улыбаясь Константину, Арина заметила, как из глубины дома вырвалось огненное пламя – это оказалась подруга хозяина, которая оттеснила гостью и тут же уволокла Костю к себе на кухню, где, как потом выяснилось, устроила ему допрос с пристрастием, что это за Мирей Матье такая и что ей здесь надо…