Через двадцать пять лет художник вернулся в Сикстинскую капеллу. Он уже не был молодым мужчиной, которому легко было что-нибудь навязать. Одновременно ему приходилось все-таки играть по правилам.
Обратите внимание, что самого дорогого цвета – синего – во фреске «Страшный суд» больше. Молодой Микеланджело подписал договор на плафон, не разобравшись, что краски должны покупаться отдельно и желательно за счет заказчика. Так как он хотел заниматься одной скульптурой, то, естественно, не вникал в тонкости чужой специализации. А поскольку был гордым и нелюдимым человеком, то не имел доброжелателя, который мог и захотел бы подсказать эти нюансы. Говорят, что, увидев плафон, Юлий II расстроился. Где же синенький? На что художник ответил, что писал святых, а они были бедны.
В «Страшном суде» лазурита через край.
Небанальность, которой поколение назад Микеланджело удивил всех, здесь граничит с максимальной свободой, а если отбросить политкорректность, является хамством. Безбородый Христос – смело и необычно. Святые нагишом (позже их прикрыли тряпочками) – прямое нарушение норм. Крестные отцы того времени устраивали оргии у себя дома, а на людях носили мантии и призывали окружающих к смирению. А вот заметная фигура царя Мидаса – простое человеческое хамство. Бьяджо да Чезена, церемонимейстер папского двора, докучал гению придирками относительно того, что верховное божество может размахивать причиндалами в главной капелле католического мира. Другими словами, господин да Чезена исправно выполнял свои обязанности. Микеланджело изобразил его с ослиными ушами (мол, вот как он разбирается в искусстве), а чтобы было совсем доходчиво – еще и со змеей, кусающей изуродованного Бьяджо да Чезену за член.
Микеланджело. Пьета Ронданини
Просто представьте, что это произошло бы сегодня. К счастью, авторитет художника был уже настолько высок, что папа взял его сторону. По слухам, он сказал разъяренному Бьяджо, что не волен повлиять на Микеланджело, так как заправляет всем в раю, а значит, Мидас из ада – вне пределов его юрисдикции.
Интересно, была бы сверхпроизводительность художника такой же, если бы его характер был чуть более жизнелюбивым? Если бы у мастера была романтическая жизнь, круг друзей, характер, пригодный для светской беседы… Казалось бы – нет, потому что все пожирает время. Но ведь тогда он был бы более сговорчивым. Микеланджело мог бы набрать таких помощников, которые стали бы его руками – как Рафаэль, Бернини, Рубенс, а не вытаскивать всё на себе ценой здоровья.
Это не XX век. Это неоконченная предсмертная работа Микеланджело из замка Сфорцеско. Правда же, берет за нерв – как современная хореография?
Мы часто сталкиваемся с «современностью» работ прошлого. Если посмотреть на это внимательнее, можно заметить, что всё есть всегда[8]
. Но мы принимаем за историю искусства только мейнстрим. Нам удобнее классифицировать и удивляться тому, что не помещается в рамки. А сверху мы надеваем идею прогресса, придуманную блаженным Августином. Ведь так приятно чувствовать себя прогрессивнее (какое насыщенное конкретным смыслом слово) предков просто оттого, что ты жив. Чуточку более продвинутым, чем все умершие, включая живших на полную катушку гениев-гедонистов.Ювелир Челлини
скандалил, врал, убивал. А также владел замком во Франции, потому что очаровывал заказчиков и делал украшения лучше, чем конкуренты.Факты:
1. Отец заставлял Бенвенуто играть на флейте. Сын это ненавидел! Но в один трудный год нелюбимое дело спасло Бенвенуто – он устроился работать музыкантом.
2. Подростком Челлини на год ушел из дома из-за того, что его костюм без спроса дали надеть брату.
3. Содержал семью сестры после смерти её мужа. Этим он спас её дочерей от единственной дороги, открытой бедным девочкам в эпоху Возрождения.
4. Без раздумий наставил оружие на испанцев, которые хотели забрать вазу, не заплатив. Угрожал физической расправой конкурентам.
5. Работники мастерской спали вповалку, часто по двое в кровати. Случалось разное. Так как разное было запрещено, Челлини часто шантажировали, но он ускользал.
Что нужно сделать, если вы решили стать как Бенвенуто?
1. Уметь выстрелить в шпагу испанского полковника так, чтобы того разрезало пополам. Тут же получить индульгенцию от папы Римского.
2. Умертвить убийцу брата без единого сомнения в правильности такого решения.
3. Дерзить папе Клименту VII, который тебя очень любит. А затем бегать от его гнева.
4. Бросить любимую юную куртизанку, когда её мать запросила слишком дорого.
Георгий Фёдорович Коваленко , Коллектив авторов , Мария Терентьевна Майстровская , Протоиерей Николай Чернокрак , Сергей Николаевич Федунов , Татьяна Леонидовна Астраханцева , Юрий Ростиславович Савельев
Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное / Биографии и Мемуары