Мы с Настей тоже забежали в здание, но застыли рядом со стеклом в фойе, рассматривая, что творится на улице.
— Психокенетика… — Еле слышно произнесла девчонка. Голос у нее при этом был обреченный. Будто открывшаяся четвертая способность подписала мне сейчас реальный смертный приговор. — Борь… Осталась пятая и все. Полный набор…
Я молча покосился на подругу. Честно говоря, в голове не укладывалось, как так? Мало того, псионик, да еще все способности. Ну, или почти все. Это невозможно. Просто невозможно. Такого никогда не бывало. Наверное… По крайней мере, в информации особистов значилось именно это.
Психокенетику я до конца так и не понял. Телекинез, телепатия — там все предельно ясно. Психометаболизм — тоже. А это…
Если рассматривать с научной точки зрения, как пыталась объяснить мне Настя, все мыслительные процессы у людей и животных, несмотря на то, что у животных мыслительные процессы проходят в виде ответа на внешние раздражители и не управляются сознательно, есть электрические импульсы, возникающие внутри мозга. Мозг посылает электрические импульсы по нервной системе, которая стимулирует отдельные участки тела с целью создания того или иного эффекта. Заметными физическими эффектами в данном случае являются сокращение и расслабление мышц. Базовая теория психокинетики — способность осуществлять изменения в физической среде без прямого физического контакта. То есть, псионик может оказывать непосредственное влияние на окружающую его физическую среду посредством манипуляций электрической энергией и зарядом атомов и молекул.
То есть, по сути, психокинетика — это манипуляция кинетической энергией предметов и веществ. Я могу создавать такие эффекты, как нагрев, охлаждение, приведение в движение. Существует множество типов или направлений психокинетических способностей. Среди них даже называют нереально удивительные. Гипокинез — способность управлять гравитацией, облегчать или, наоборот, утяжелять предметы, и хронокинез — управление временем. Опять же замедление или ускорение времени.
Я могу влиять на все, что имеет в своей сути молекулы, частицы, электроны. Но! И снова «но»… Этому надо учиться. Потому что для управления энергией нужно понимать, как все работает, чисто на теоретическом уровне. То есть физику я должен изучать немного в другом ключе. А без обучения столь мощная способность просто опасна. Опасна даже не для людей, для всего мира. Я случайно могу угробить добрую его часть.
В общем, в тот день началась моя вражда с Костыревым и ненависть к школе. Гроза, которую я же и вызвал, прикрыла случившееся. Списали все на природную аномалию. Тем более, достаточно скоро мы, как новые ученики, прошли проверку, показавшую отсутствие Псионики в обоих. Я успел подготовиться.
А вот с Костыревым мы долго терпели друг друга. Целый год. Держались в состоянии холодной войны. Он меня цеплял, я его посылал. К открытому конфликту не переходили. И один черт все вылилось в драку…
— Рубцов! О чем ты думаешь?! Я с кем говорю?
Голос директрисы вторгся в мое сознание, оборвав нить воспоминаний.
Я попытался сосредоточиться на Гадюке.
— Еще раз повторяю. За то, что ты взломал планшет педагога, нарушив тем самым правило о субординации, советом учителей, с одобрения попечителей, принято решение о твоем исключении из школы.
Я удивлённо посмотрел на Настю, стоявшую рядом. Она это тоже слышала? Судя по бледному лицу подруги, да.
— Отлично! — Я от радости чуть не подпрыгнул на месте. Наконец! Больше не придётся ходить в это ублюдское место и видеть эти ублюдские лица.
— Наталья Сергеевна… — Настя открыла свой рюкзак, вытащила оттуда планшет и положила его на директорский стол. — В таком случае я без всяких советов сообщаю Вам о том, что сама себя исключаю из вашей школы.
Взрослые решения и сложные выборы
— Ты с ума сошла? — Спросил я Настю, коротко, но предельно ясно. Без рассусоливания.
На директрису, которая металась перед нами, внимания не обращал. Не до нее сейчас. Тут вон моя подруга снова решила поиграть в самопожертвование.
Зато Гадюка после слов девчонки впала в форменную истерику. Вернее, она старалась вида не показывать, но псионика имеет ещё некоторые «побочки». Назовем это так. Даже не читая мысли я чувствую настроение и состояние людей. Вот директриса в данную минуту уже прикинула все потери, которые принесет школе уход Насти, и это ее сильно разводновало. Привыкла дамочка ежемесячно пополнять «копилочку» призовыми местами на олимпиадах.
— Левина, что за блажь? Тебя никто не исключает. Ты…ты — молодец, Настя…
Фраза стоила Гадюке больших трудов. Она никогда прежде не хвалила вслух девчонку. Вообще никогда. И уж тем более, не называла ее по имени. Поэтому слова, которые должны звучать приятно, выглядели, как мучительно, через боль, выдавленное признание.
— Извините, Наталья Сергеевна, но без Бориса я учиться не буду. Идём?