Читаем ПСС. Том 38. Произведения, 1909-1910 полностью

27 июня в дневнике А. Б. Гольденвейзера записано следующее: «Пришел Илья Васильевич и сказал, что Л. Н. зовет Александру Львовну. Она вернулась от Льва Николаевича с листочком в руке и рассказала следующее: Л. Н. во втором маленьком рассказе, который он написал у Чертковых, описывая в начале наружность дамы (несимпатичной), описал ее так, что можно предположить внешнее сходство с Софьей Андреевной. Между тем Софья Андреевна спрашивала его, где эти рассказы. Л. Н. сказал, что они у него, и она сказала, что их нужно взять непременно с собой.484 Тогда Л. Н. спохватился, что она может обернуть это на себя, взял листок, изменил описание наружности дамы и просил поскорее переписать и заменить этот листок переписанным. Варвара Михайловна [Феокритова] стала переписывать. Я попросил списать себе это изменение. Александра Львовна сказала: — Вы записываете? Так возьмите себе этот листок совсем. Можете его приклеить к своим запискам» (А. Гольденвейзер, «Вблизи Толстого», т. II, стр. 78). Снимок с этого листка (машинной копии) приложен к дневнику Гольденвейзера. На нем слова «энергическая брюнетка» и «блестящими» зачеркнуты и рукой Толстого вписано: после слова «жена» — «не высокая полная», после слова «красивая» (вместо «энергическая брюнетка») — «блондинка», а вместо слова «блестящими» — «нежно ласковыми голубыми».

Рассказ «Нечаянно» появился в печати после смерти Толстого, — в № 87 газеты «Речь» от 30 марта 1911 г.

В настоящем издании исправлены по автографу ошибки копии, попавшие отсюда в печать, и восстановлено первоначальное описание внешности жены. Заглавие, как не принадлежащее Толстому, ставим в скобки.

В Рукописном отделении ГТМ (AЧ, папка 139) имеется первый автограф рассказа «Нечаянно». Он содержит 5 листов разной величины и качества: л. 1 — отрезок (в 1/8 л.), текст на обороте линованной и заполненной рукой В. Г. Черткова (карандашом) бумаги («Правда, что любовь сама по себе уже есть проявление бога во мне» и пр.); л. 2 — почтовой клетчатой бумаги (текст на обеих сторонах); л. 3 — обыкновенной почтовой бумаги (текст на обеих сторонах); л. 4 — линованной писчей бумаги в 1/4 л. (текст на обеих сторонах); л. 5 — обыкновенной почтовой бумаги (текст на обеих сторонах). Заглавия нет.

Кроме автографа, имеется еще машинописная копия с него, содержащая 6 листов обыкновенной писчей бумаги 4°. Поправки рукой Толстого на лл. 5 и 6. Рукопись хранится в Рукописном отделении Института русской литературы.

————

«ОТ НЕЙ ВСЕ КАЧЕСТВА».

ИСТОРИЯ ПИСАНИЯ И ПЕЧАТАНИЯ.

Появление этой комедии связано с любительскими спектаклями для крестьян, которые устраивались с 1910 г. в Телятинках на хуторе В. Г. Черткова (сыном Черткова, В. Ф. Булгаковым и др.). В дневнике В. Ф. Булгакова от 23 марта 1910 г. записано: «Поехал в Ясную поляну. Нашел для себя письмо Димы Черткова [сына В. Г. Черткова — В. В. Черткова...] Он сообщал, что Л. Н. согласился писать пьесу для домашнего спектакля для крестьян, который затеваем мы в Телятинках. Мне Л. Н. тоже подтвердил это». («Лев Толстой в последний год его жизни», ИЗД. «Задруга». М. 1918, стр. 117.) В Дневнике самого Толстого, в записях от 23 и 24 марта, имеются отметки о намерении написать пьесу для Телятинок и «для Димочки». По словам того же В. Булгакова, Толстой, вспомнив о своем обещании, сказал ему 27 марта: «Нужно для вас драму писать. У меня есть два сюжета...» (стр. 119). Как видно из записи Булгакова от 28 марта (стр. 121), Толстой колебался между двумя пьесами: «одна пьеса — драма — совсем готова: стоит только сесть и написать, другой сюжет смешной». — Да надо ведь внимательно писать, — говорил Диме Лев Николаевич. — У вас-то публика невзыскательная, да ведь попадет в газеты, станет известным... А я бы хотел писать пьесы только для Ясенков, Телятинок и Ясной поляны». По Дневникам Толстого видно, что 29 марта он «набросал комедию», 31-го начал писать, но на этом и остановился.

Перейти на страницу:

Все книги серии Толстой Л.Н. Полное собрание сочинений в 90 томах

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза