- Обыкновенный день. Но я ведь его видел только до Скачка. А тогда я был даже помладше вас.
- И ты что, уже успел забыть?
- Нет, такое наверно никогда не забудешь. Но только долго рассказывать. Проще наверно найти и посмотреть какую-нибудь запись.
- Нет, так интереснее.
- И в самом деле, Вик, - неожиданно поддержал их Рэй, - через запись-то ощущений не передашь, хоть какая она будь совершенная. Это совершенно разное дело: видеть и присутствовать; разные впечатления.
- Они правы, - сказал и Женька, - расскажи, а то мало кому доводилось не то что жить, а даже просто бывать на планете двух солнц.
- Ну, хорошо, - согласился я.
И я довольно долго рассказывал о том, какие были на Дивере восходы и закаты, как менялось освещение. Оно то походило на земное при одном желтом солнце, рассказывал о красном сумрачном дне и о, ни с чем не сравнимой картине, когда в небе светят сразу два солнца, а все предметы отбрасывают две разноцветные тени. Потом я рассказал о Скачке, том времени, когда планета начала медленно, но неуклонно, приближаться к желтому солнцу. Как постепенно становилось жарко, исчезали реки и озера, как горели могучие сине-зеленые леса тысячелетних деревьев, а над всем этим безжалостно сверкал растущий и ослепительный диск солнца, которое раньше давало планете жизнь, а сейчас несло только смерть.
- Неплохо у тебя, получается, рассказывать, - сказал Женька, когда я окончил, - из тебя наверно может писатель получиться.
- Не ты первый мне об этом говоришь. Но я все-таки хочу стать не писателем, а звездолетчиком.
- Вик, расскажи еще что-нибудь, - сказал кто-то из Мишкиных братьев, я еще так и не научился их различать.
Они расположились рядом со мной на полу гостиной, один с одной стороны, другой - с другой. Я положил им руки на плечи. Не знаю почему, но мне стало очень хорошо, и я даже не хотел вспоминать, что это за мир, в котором я сейчас нахожусь.
- Лучше вы что-нибудь расскажите.
- А что нам рассказывать. Нам по сравнению с тобой и рассказывать-то нечего.
- Ну, хотя бы скажите, как вас различать? - сказал Миша, расположившийся в кресле. - Или лучше, кем вы собираетесь стать, когда вырастете. А то, я заметил, что нагрузочные костюмы вы опять не надеваете.
- Мы это только сегодня, когда к морю пошли. Не купаться же в этих костюмах. В них только тонуть можно, а не купаться.
- А почему как домой вернулись, не одели?
- Сам-то вон тоже не одел.
- Мне это уже не нужно. Я ведь сейчас живу не на Луне, а на Земле, а здесь сейчас с кратковременным визитом.
- А вы что, сегодня обратно лететь собрались?
- Ну не завтра же... А ну марш одеваться в костюмы, а то не разовьетесь нисколько и придется вам всю жизнь на Луне жить.
Мишка договаривал это высказывание для пустого места. Близнецы уже исчезли из гостиной. Рэй приподнял штору и посмотрел в окно:
- Дождь все также льет и не собирается переставать.
- Такой дождь может и вообще целые сутки лить, не переставая и не ослабевая, - сказал Мишка с видом знатока.
- Как мы тогда до дисколета будем добираться, - сказал Женька, промокнем ведь до самого основания.
- Промокнем? Ну и что тут такого, надеюсь, что окончательно не размокнем, - сказал Рэй, - прилетим ко мне домой, обсушимся. Или лучше вообще одежду заменим. А то вон на примере Вика. Ему сегодня сказали, что так нелепо землянин вообще не может одеться.
- А что у него такого нелепого? - поинтересовался Женька, который тоже был здесь иносистемцем.
- Ботинки хотя бы. Ни один землянин не будет носить такие, если он конечно не в походе.
- А мне такие нравятся, - сказал я, защищая себя.
- Но, все равно, лучше надеть что-нибудь полегче.
- Например, одеться, как ты?
- Нет, такую одежду в моем возрасте уже обычно не носят. Но мне нравится, легко и нежарко.
В это самое время в гостиную вернулись близнецы. На них сейчас под одеждой были одеты плотно облегающие тело костюмы, оставляющие незакрытыми только головы и кисти рук. На одном костюм был серый, а на другом голубой.
- Вот, сейчас их можно различить и постороннему. - Прокомментировал это Мишка, - Славка в сером, а Владька в голубом.
- А что это за костюмы такие? - спросил я.
- Нагрузочные, они дают на мышцы почти такую же нагрузку, какая была бы при единичной силе тяжести.
- Не единичной, - тут же, в один голос, возмутились близнецы, - а один с четвертью. Мы достали такие уже неделю назад.
- Ну, а зачем вам это нужно?
- А сам-то последние полгода вообще носил костюм на полторы единицы.
- Мне-то это было нужно. Трудно наверстать то, что когда-то запустил. Вы же носите костюмы с пяти лет. Зачем вам единица с четвертью?
- Ну что ты, Миш, пристаешь к нам. Вон Вик всю жизнь прожил при единице с третью, реальной, и то ничего.
- Ну и черт с вами. Хотите себя мучить - мучайте, - сказав это, Мишка немного помолчал, а потом обратился уже к нам. - Нам уже наверно пора возвращаться на Землю?
Рэй посмотрел на часы и кивнул в знак согласия:
- Пора, а то мы не успеем.
- Что не успеем? - спросил у него я.
- Отдохнуть и завтра явиться в Первое Звездное.