Ограбление прошло быстро, организованно, почти весело. Взобравшуюся на борт абордажную группу встречал сам владелец корабля. Увидев в его руках шкатулку, до отказа набитую отборными, ярко блистающими в лучах майского солнца драгоценным камнями, почтенные господа пираты сообразили: добыча с этого корабля перевесит все, что они смогут взять с остальных купцов каравана вместе взятых.
Так что, как и предсказывал старый кормчий, на шкатулке грабеж фактически закончился. Так, для порядка пошарились по судну, лениво заглядывая в корабельные закоулки. Да и отбыли, увозя с собой драгоценную добычу. А с других кораблей еще долго доносились крики избиваемых и пытаемых купцов - нужно же было выяснить, пока идет перевалка грузов на пиратские дромоны, где спрятаны самые важные захоронки...
Ну и что? - резонно спросит здесь взыскательный читатель. - Зачем появился в нашем рассказе этот вот странный эпизод? Мало ли, каких купцов грабили на море злобные пираты в те нелегкие времена? Какое отношение сей грабеж может иметь к судьбам наших героев?
Не будем торопиться, государи мои! Все станет известно в свое время. Сейчас лишь замечу, что нередко ничтожные, казалось бы, причины, влекут за собой совершенно несопоставимые по масштабам последствия. А уж ограбление одного из Макремболитов!
Это, скажу я вам, не последняя, совсем не последняя фамилия в Константинополе! Сам святой Лазарь Галисийский предсказывал когда-то смерть некоего Макремболита, ставшего основателем славного рода, в своих пророческих видениях! Бывало, что Макремболиты поднимали мятежи против басилевсов, но чаще служили им, находясь возле самого трона! Иоанн и Алексей, Евдокия и Евстафий - Макремболиты столетиями не исчезали из ромейских хроник.
И если кто-то думает, что ограбление даже самого ничтожного члена этого могущественного семейства обойдется без последствий - о, он ничегошеньки, ну вот ни бельмеса не понимает в случайностях!
Дайте только срок, государи мои, дайте срок...
ГЛАВА 4
Посольство изволило перекусывать на природе. Когда пройденный путь переваливает за половину, такие вещи, как покушать в дороге, становятся рутиной. Обрастая отработанными и привычными действиями. Лейтенанты сопровождающих сотен выставляли охранение, слуги отработанными движениями раскатывали кожи, располагая на них дорожные припасы для благородных сеньоров, солдаты, собравшись кучками, распутывали завязки дорожных мешков, коневоды разводили лошадей по местам, где им также можно было слегка попастись...
Главное - найти большую и относительно ровную площадку, что в горах не так-то легко. Впрочем, с этим сейчас повезло. Расстилающееся вокруг щебеночное поле, бывшее когда-то дном протекавшей неподалеку от дороги реки, легко вместило почти четыре сотни народу. Полуденное солнце честно нагревало студеный еще пока горный воздух, поросшие лесом склоны радовали глаз свежей зеленью, цикады трещали, птицы чирикали, а веселый плеск струящейся неподалеку Доры-Рипарии настраивал остановившихся передохнуть путников на самый добродушный лад.
Но ничего из всего вышеперечисленного не радовало господина Дрона. Его чуйка, давненько не дававшая о себе знать, сегодня проснулась и настойчиво клевала нервную систему почтенного депутата. Не давая ему ни минуты покоя. Непонятно что, но что-то должно было случиться! Причем, не вообще когда-то, а именно сегодня.
Нельзя сказать, что чуйка предупреждала его всегда и обо всех готовящихся неприятностях. Вовсе нет! Например, тогда, в Маргилане, она ни словом, ни намеком не предупредила о предстоящей гибели взвода. Так что, нет - вездесущей и всеведущей она не была. Но вот, если уж просыпалась, то неприятностей нужно было ждать непременно. А сегодня она била во все колокола с самого утра.