Наше моральное состояние после львовской осечки было нелучшим. «Шахтер» же, наоборот, подошел к очному противостоянию предельно отмобилизованным.
Столько лет прошло, а воспоминания о том упущенном чемпионстве до сих пор отзываются болью в левом подреберье. Самое удивительное в том, что я, десятки раз анализируя все свои действия в тот период, так и не нашел ответа на вопрос: «А что нужно было сделать иначе?»
После потерянного чемпионства, полагаю, я не сразу оправился от удара. Сам себе в этом не признавался, но рана не зарубцовывалась, кровоточила и постоянно отбирала силы.
Вдобавок я жутко тосковал по семье, по друзьям. Мне не хватало привычной обстановки и так необходимой любому тренеру энергетической подпитки.
В общем, мне опять требовалось собрать всю волю в кулак. Времени на зализывание ран не было. 8 побед, 2 ничьи и 1 поражение. Это то, что я успел наработать в новом чемпионате Украины 2010/2011. У команды был большой потенциал, многие молодые игроки прогрессировали и стучались в двери национальной сборной.
Но я не получал удовольствие от работы. Я не узнавал сам себя. Меня тянуло домой, в привычную атмосферу, которая для меня крайне важна. В итоге я принял решение об уходе.
Игорь Михайлович Суркис был удивлен. У меня оставалось двадцать месяцев весьма солидного контракта, руководство клуба было довольно моей работой. Но уговаривать меня было уже бесполезно, я хотел уехать.
Суркису признателен за все. Очень его уважаю. Это человек, способный на поступок. Однажды мы выиграли 3:1 у донецкого «Металлурга», но судья нас «убивал» так, что я, несмотря на победу, после финального свистка на того буквально набросился. Так Игорь Михайлович, придя в раздевалку, попросил у меня прощения за то, что как президент клуба не сумел защитить свою команду от судейского произвола.
…Возможно, надо было перетерпеть. Не уходить. Не знаю. Полагаю, что в киевском «Динамо» я шел по пути ЦСКА. Все было очень похоже…
Конечно, я не предполагал тогда, что киевское «Динамо» станет моим последним большим клубом. Я не собирался уходить из профессии.
Предложений за последние годы поступало немало, но мне было неинтересно. Нет смысла работать без тех целей, которые тебя вдохновляют.
Впрочем, однажды я все-таки почти согласился возглавить московское «Динамо» – в ту пору клуб вновь поставил перед собой большие задачи. Представители бело-голубых провели со мной переговоры, сделали мне хорошее предложение. «Динамо» – клуб с очень сложной системой управления. Я хотел получить полную ясность о том, как он функционирует. Убежден, тренер всегда должен обо всем договариваться на берегу.
Почувствовав, что у разных течений клуба есть разногласия, я попросил устроить мне встречу с человеком, играющим в совете директоров клуба негласную ключевую роль.
Человек полагал, если он разбирается в бизнесе и финансах, то в «примитивном» футболе он точно будет специалистом. После первых же минут общения мне сразу стало понятно, что мы со «специалистом» совершенно по-разному смотрим и на клуб, и на футбол в целом. Своих суждений я скрывать не стал. Ну а о том, кто в итоге оказался прав, лучше судить по результатам бело-голубых в последние пять лет.
Сегодня, оглядываясь назад, я ни о чем не жалею, но при этом как тренер испытываю чувство недосказанности, неудовлетворенности. И по-прежнему меня не оставляют кошмары пережитых потрясений. И особняком в перечне этих тягостных воспоминаний стоит осень в Лиге чемпионов образца 2009 года.
Жребий послал киевскому «Динамо» «Барселону» во главе с Хосепом Гвардиолой, «Интер» под руководством Жозе Моуринью и «Рубин» Курбана Бердыева. Признаться, я был рад таким соперникам. Что может быть лучше для тренера, для его растущей команды, чем испытание сильнейшими клубами Испании и Италии?!
В разговоре с Игорем Суркисом я был воодушевлен: у нас есть все шансы выйти из группы. Убежден по сей день, мы тогда могли и готовы были к этому.
В стартовом матче уверенно обыграли «Рубин», затем очень достойно себя показали во встрече с «Барселоной» на Камп Ноу. Несмотря на поражение, я убедился, что команда у нас конкурентоспособная.
Ну а дальше произошло то, о чем можно снимать кино. Мистика! Триллер! Столько лет в профессиональном спорте, но после тех событий я так и остался в неведении: что же такое фортуна? Результат отдельно взятого матча всегда закономерен? Действительно ли существует футбольный бог, и почему он отворачивается от целой нации в самый неподходящий для этого момент?