Часть мозга уверяла его, что увиденные формы хорошо знакомы и известно, чем они являются, тогда как другая очень благоразумно отказывалась поддержать эту мысль и решительно пресекала попытки ее развить.
Еще раз вспыхнул свет и на этот раз сомнений быть не могло.
— Земля… — прошептал Артур.
— Ну-с, в действительности, Земля второго издания, — весело сказал Споропозороразор. — Мы оставляем копии с оригиналов чертежей.
Наступила пауза.
— Не пытаетесь ли вы сказать, — медленно произнес Артур, подбирая слова, — что вы… сделали первоначальную Землю?
— О да. Вы когда-нибудь бывали в месте… Кажется, оно называлось Норвегией?
— Нет, не был.
— Жаль, это одна из моих работ. Знаете ли, выиграл приз. Прелестно извилистые контуры. Больше всего меня расстроило известие об ее уничтожении.
— Вы были расстроены!
— Да. Всего пятью минутами позже это уже не имело бы такого значения. Полная белиберда.
— А?
— Мыши пришли в ярость.
— Мыши пришли в ярость?
— О да, — мягко ответил старик.
— Да, ну так я думаю, что злились и кошки, и собаки, и утконосые утконосы, но…
— Ах, но видите ли, ведь все они за Землю не платили, верно?
— Послушайте, — заявил Артур, — не сэкономит ли вам массу времени, если я просто плюну и прямо сейчас рехнусь?
Некоторое время воздухолет двигался в неловкой тишине. Потом старик терпеливо попытался объяснить.
— Землянин, планета, на которой вы жили, была заказана, оплачена и вызвана к жизни мышами. Ее разрушили за пять минут до того, как должна была быть достигнута цель, с которой планета создавалась. И мы должны построить новую.
У Артура было только одно слово.
— Мышами?
— Это так, землянин.
— Послушайте, прошу прощения, — мы говорим о маленьких белых созданиях с мехом, увлеченных сыром, и о женщинах, визжащих на столах, из старых рекламных роликов начала шестидесятых?
Споропозороразор деликатно откашлялся.
— Землянин, иногда непросто понять вашу манеру выражать мысли. Припомните, что я спал внутри Магратеи в течение пяти миллионов лет и немного знаю о роликах начала шестидесятых, которые вы упомянули. Видите ли, создания, которых вы зовете мышами, совсем не такие, как представляется. Они являются выступающими в наше измерение частями громадных сверхразумных многомерных существ. Все эти дела с сыром и писком всего лишь видимость.
Старик прервался, потом, сочувственно нахмурившись, продолжил.
— Боюсь, что они проводили над вами эксперименты.
Артур секунду поразмышлял над последней фразой, и его лицо прояснилось.
— Ну нет, теперь я вижу причину путаницы. Нет, понимаете, это мы ставили опыты на них. Их часто использовали для изучения поведения. Павлов и такие прочие. Так что это мышей прогоняли через все виды тестов, учили звонить в колокольчики, бегать в лабиринтах и так далее: чтобы изучить природу процесса обучения во всей полноте. Из наблюдений над их поведением мы извлекали знания о собственном…
Голос Артура упал и затих.
— Как тонко… — заметил Споропозороразор, — это заслуживает восхищения.
— Что?
— Можно ли было лучше замаскировать их истинную природу и найти лучший путь, чтобы научить вас думать? Вдруг не туда побежать в лабиринте, съесть не тот кусочек сыра, внезапно сдохнуть от миксоматоза, — точно подсчитанный эффект оказался бы громадным.
Старик выдержал эффектную паузу.
— Видите ли, землянин, они действительно особенно умные сверхразумные многомерные существа. Ваша планета и люди, жившие на ней, составляли основу органического компьютера, выполнявшего исследовательскую программу, рассчитанную на десять миллионов лет… Позвольте рассказать эту историю целиком. Она не отнимет много времени.
— Время… Меня оно теперь не заботит, — слабым голосом отозвался Артур.
Глава 25
С жизнью связано много вопросов; среди наиболее популярных из них некоторые таковы: «Почему люди рождаются?», «Почему они умирают?», «Почему, из всего времени между этими событиями, они желают большую его часть носить электронные часы?»
Много-много миллионов лет назад представители расы сверхразумных многомерных существ (их телесный облик в их собственной многомерной вселенной не отличается от нашего в нашей) так пресытились непрерывными пререканиями о смысле жизни, постоянно расстраивавшими их любимое времяпрепровождение, — мерзавный ультра-крокет (по ходу этой любопытной игры внезапно били людей, а потом убегали), что решили сесть и навсегда разрешить все подобные вопросы.
С этой целью они самостоятельно построили изумительный компьютер, бывший таким изумительно разумным, что еще до подключения банков данных он начал с «я мыслю, следовательно, существую» и успел дедуктивно вывести существование рисового пудинга с подоходным налогом, прежде чем его выключили.
Компьютер был размером с небольшой город.