Читаем Путевые записки итальянских путешественников XIV в. полностью

Как были мы ограблены, проходя пустынею, и потом добрались до города Газзеры.

Выйдя от Святой Екатерины, мы шли тою же самою дорогою по пустыне, которою пришли к Святой Екатерине. Дня три потом мы забирали направо, обратясь лицом на закат; и с левой руки оставили прежде пройденную дорогу: и по этой дороге ничего примечательного, о чем рассказать, не видели, разве что вся пустынна она, и страна бесплодна, почти такова же образом и подобием, как видели мы по другой дороге. И есть почти при конце сказанной пустыни, точию в двух днях расстояния, того-рода тернии, коими, говорят, увенчан был наш господь; и колючки эти ужасны на вид и на ощупь. Это деревья вроде померанцевых высотою и величиною, а такие же ветвистые, и сказанные тернии на них длиною в кулак с пальцем и толщиною в добрый палец мужской руки, и когда более, когда менее заострены и тонки, и словно шило всякую крепкую вещь проткнут; оных терний мы собрали, и с собой привезли. И в сказанной пустыне, в день святого Мартина, ноября в XI день, около терцы, мы встретили много Сарацин верхами и пеших, с собаками, словно бы почти шли они на охоту, и прикидываясь, будто они слуги великого толмача Арабов, они сказали, что хотят посмотреть наши подорожные грамотки, и тотчас стали заворачивать наших верблюдов с прямого пути, и хватать одежды, и плащи, и шапки, и всякие прочие вещи, силою грабя нас, и под конец заставили нас дать отступного около XV дукатов и вернули нам большую часть отнятого; и ясно мы увидали, что этот грабеж пошел от нашего толмача, который вел нас, и от тех, чьи были верблюды, которых мы вели с собою, потому как за день до того один из троих, бывших со сказанными верблюдами, ушел от нас искать дорогу, потому что уже с прямого пути мы несколько совлеклись; наш же толмач и прочие верблюдники последовали за ним. Но мы его потеряли из виду, и в одно мгновение потеряли и его, и прямой путь; и много миль вели нас, заплутавшихся, по спускам и подъемам, и по великим песчаным топям. И в ту ночь, на день, когда мы были ограблены, в том песке мы спали; потом на утро мы встали изрядно рано, и нашли того, которого накануне потеряли, и он прикинулся, будто бы нашел дорогу; и так вернул на прямую дорогу. И мы увидали, что ходил он отыскать сказанных, которые нас ограбили. Грабеж же этот, мы думаем, произошел из-за верблюда, которого по дороге к Святой Екатерине в пустыне они загнали, что было, говорили они, по нашей вине, из-за слишком больших дневных [переходов]; и таким образом захотели они возместить ущерб. Получили часть от этих грабленных денег, как мы поняли, сказанный толмач, и часть верблюдники, и часть те, кто нас грабил. От Святой Екатерины до первого встретившегося нам города, который называется Газзера, XII дней [пути]: и в XII дней, усердствуя, как только было нам возможно, прошли мы сказанный путь от Святой Екатерины до Газзеры; и пришли в некое село близь Газзеры милях в IV, прекрасное и большое село; и там кончается пустыня и начинается земля возделанная, обжитая и плодородная. И здесь мы нашли воду добрую и в изобилии, хорошие финики, свежий виноград, и показалось нам, что добрались мы едва не до рая; и там мы отдыхали и ели, и там оставили верблюдов, взятых в Каире, и наняли ослов. И со всеми нашими вещами прибыли в Газзеру, где были в субботу после вечерни, ноября в XII день.

Как мы жили в Газзере, где Самсон опрокинул столпы.

И в сказанном городе Газзере мы стояли в некоем доме, где живут все проходящие паломники. Этот город Газзера — главный город области, и там король от Султана, и его двор; и некоторые от нас к нему явились за нас и за всех остальных. И снова, подходя к нему, выказывают ему великое почтение, по образцу, как было сказано о короле Александрийском.

Эта Газзера — город большой, и много в нем жителей, и считается она по величине и по жителям и домам равной Александрии; только что в городе Александрии прекрасные дома и краше улицы, и город она городской и торговый, и этот город Газзера весь подобен месту деревенскому и жителями, и домами, и всем. Земля, где стоит сказанный город, хороша, добровоздушна и обильна хлебом и добрым мясом, и курами и яйцами, всяческого рода плодами, и в достатке и добрыми, и много там Иудеев. И поскольку край изобилен виноградом, они делают вино, и держат его в стеклянных двуручных сосудах, каждый из коих вмещает одну медзану[121]; и вино доброе. Этот город— один из городов Филистимлян, и в этом городе был Самсон, и там он опрокинул столпы; это самое место разрушено: и говорят, что сказанные столпы там закопаны; и есть там место, откуда он поднял врата, тяжелейшие, и унес их на гору. Эта область Филистимлян разделяет Сирию от Египта; и всех городов пять, то есть Газзера сказанная, Аскалон, Эсдотто, Экрон, Рама. Все они близь моря; и Газзера в II милях подле Рамы и в одном дне [пути] от Джаффы, которая истинная пристань Иерусалима, и в дне с половиною [пути] от моря.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Опыты, или Наставления нравственные и политические
Опыты, или Наставления нравственные и политические

«Опыты, или Наставления нравственные и политические», представляющие собой художественные эссе на различные темы. Стиль Опытов лаконичен и назидателен, изобилует учеными примерами и блестящими метафорами. Бэкон называл свои опыты «отрывочными размышлениями» о честолюбии, приближенных и друзьях, о любви, богатстве, о занятиях наукой, о почестях и славе, о превратностях вещей и других аспектах человеческой жизни. В них можно найти холодный расчет, к которому не примешаны эмоции или непрактичный идеализм, советы тем, кто делает карьеру.Перевод:опыты: II, III, V, VI, IX, XI–XV, XVIII–XX, XXII–XXV, XXVIII, XXIX, XXXI, XXXIII–XXXVI, XXXVIII, XXXIX, XLI, XLVII, XLVIII, L, LI, LV, LVI, LVIII) — З. Е. Александрова;опыты: I, IV, VII, VIII, Х, XVI, XVII, XXI, XXVI, XXVII, XXX, XXXII, XXXVII, XL, XLII–XLVI, XLIX, LII–LIV, LVII) — Е. С. Лагутин.Примечания: А. Л. Субботин.

Фрэнсис Бэкон

Европейская старинная литература / Древние книги
История бриттов
История бриттов

Гальфрид Монмутский представил «Историю бриттов» как истинную историю Британии от заселения её Брутом, потомком троянского героя Энея, до смерти Кадваладра в VII веке. В частности, в этом труде содержатся рассказы о вторжении Цезаря, Леире и Кимбелине (пересказанные Шекспиром в «Короле Лире» и «Цимбелине»), и короле Артуре.Гальфрид утверждает, что их источником послужила «некая весьма древняя книга на языке бриттов», которую ему якобы вручил Уолтер Оксфордский, однако в самом существовании этой книги большинство учёных сомневаются. В «Истории…» почти не содержится собственно исторических сведений, и уже в 1190 году Уильям Ньюбургский писал: «Совершенно ясно, что все, написанное этим человеком об Артуре и его наследниках, да и его предшественниках от Вортигерна, было придумано отчасти им самим, отчасти другими – либо из неуёмной любви ко лжи, либо чтобы потешить бриттов».Тем не менее, созданные им заново образы Мерлина и Артура оказали огромное воздействие на распространение этих персонажей в валлийской и общеевропейской традиции. Можно считать, что именно с него начинается артуровский канон.

Гальфрид Монмутский

История / Европейская старинная литература / Древние книги
История против язычников. Книги I-III
История против язычников. Книги I-III

Предлагаемый перевод является первой попыткой обращения к творчеству Павла Орозия - римского христианского историка начала V века, сподвижника и современника знаменитого Августина Блаженного. Сочинение Орозия, явившееся откликом на захват и разграбление готами Рима в 410 г., оказалось этапным произведением раннесредневековой западноевропейской историографии, в котором собраны основные исторические знания христианина V столетия. Именно с Орозия жанр мировой хроники приобретет преобладающее значение в исторической литературе западного средневековья. Перевод первых трех книг `Истории против язычников` сопровожден вступительной статьей, подробнейшим историческим и историографическим комментарием, а также указателем.

Павел Орозий

История / Европейская старинная литература / Образование и наука / Древние книги