Читаем Путники полностью

– Друг ты мой, сердечный, все охотники ждут тебя, пора на номера.

– Друзья, не виноват я, лошадь плохо идёт по снегу, вообще-то вина хозяев, дали старую кобылу, вот мы и мучились с егерем. Иногда мы лошадь на плечах несли вместе с санями через сугроб.

– Ну, вот опять у Каргашинцева кто-то виноват, – сказал Боргуль.

Охотники в весёлом настроении пошли друг за другом на номера. Охотник, идущий на номер по цепочке друг за другом, испытывает несколько моментов, которые крутятся в голове: повезёт или не повезёт, если не мне, то кто окажется на тропе, по которой пойдут звери. Гадание завершается, когда охотник занял своё место на засидке и убедился, что зверь пойдёт на соседа или через других охотников. Охотник после этого успокаивается и надеется на случай, что зверь нарушит свои принципы и пойдёт вопреки здравому звериному смыслу на охотника, хотя по логике должен обойти такое место.

Да, в суматохе такое бывает, но в основном происходит по «написанному» зверем сценарию. Там где есть кусты, овраги и там, где охотник затаился от зверя и без шороха ждёт и, не спугнув человеческим запахом, зверь придёт именно в те места, а если произойдёт выстрел у соседа, то в суматохе обязательно эти места не минует. И вот, идут по цепочке в коллективной охоте охотники, каждый смотрит на проходимые места и вслух или про себя скажет: «Вот ему повезло, зверь обязательно пройдёт здесь».

Дорога на номера не короткая, учитывая многие обстоятельства: количество охотников, лесистость местности и прочие другие особенности. Впереди колонны охотников шёл хозяин Новиков Сергей, за ним Каргашинцев, который постоянно шептал и подгонял репликой, что зверь может уйти мимо охотников до прихода на места засидок. Боргулю было тяжелее всех, учитывая его вес и тяжёлую одежду, которая предназначена не на ходьбу, а спать на снегу во время охоты. Охотники поглядывали по сторонам, чтобы увидеть следы, как хорошие признаки для охоты.

Сергей Анатольевич расставил все номера и дал команду по рации егерям начать загон зверя. Каргашинцев оказался в соседях у Боргуля и Владимира Сергеевича. Охотники убедились, что друг друга видят и стали готовить место для стоянки под деревом, чтобы было удобно стоять, видеть и стрелять. Каждый потоптался по снегу, убрал мешающие на дереве ветки и замер, слушая каждый шорох, ведь даже шелест листвы охотник способен слышать.

Каргашинцев в ожидании зверя стал вспоминать своё детство, как в первый раз взял в руки ружьё и сделал первый выстрел. До первого выстрела из ружья сотни раз стрелял из самодельного «поджига». Этим оружием деревенские ребята очень сильно увлекались. Многие ребята получили травмы во время стрельбы. Но Каргашинцева это всё миновало. «И слава Богу», – прошептал он себе. Голосов загонщиков ещё не слышно, а значит, охотнику есть время на размышления и на мечты.

Лес имеет особое значение в жизни Каргашинцева, он почти 20 лет своей жизни отдал лесной отрасли. С самого детства лес видел, слышал и чувствовал душой каждое движение природы. Никаких не было возражений, когда мама Мария Ивановна взяла с собой в лес не дышать лесным воздухом, а работать с ней, производить прочистку лесных массивов от поросли. А на следующий год собирать смолу живицу, надрезая кору сосны для сбора смолы в воронки, а потом в бочки.

Было это давно, но хорошо помнится. Потом выбрал профессию через институт инженера лесного хозяйства. Почти двадцать лет с лесом и его делами. Сегодня всё по-другому, в зимнем лесу охота. Но не может пройти мимо дерева, если видит что-то необычное, особое, отличающееся от других деревьев. Каргашинцев смотрит на растущие перед ним деревья лиственных пород. Осиново-берёзовый квартал. Кажется только для них здесь и самая среда, но среди них растёт одна сосёнка. И как всё это понять, что в этой среде уживается одиночное дерево сосны?

Каргашинцев начал воображать и деревья перед собой стал превращать в людей. И не мог найти объяснения появлению сосны в среде берёзы и осины. Вот тебе и сосна, имеет свой характер, решила сделать вызов природе и сказать, что это не беда, среди одной породы могут быть и другие. Прекрасно уживается и соглашается с той средой, которая более подходящая для других. Находит понимание соседей и сама понимает их. Пройдут годы, и вырастет огромная сосна среди берёзовой рощи, как символ дружбы разных пород.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Ход королевы
Ход королевы

Бет Хармон – тихая, угрюмая и, на первый взгляд, ничем не примечательная восьмилетняя девочка, которую отправляют в приют после гибели матери. Она лишена любви и эмоциональной поддержки. Ее круг общения – еще одна сирота и сторож, который учит Бет играть в шахматы, которые постепенно становятся для нее смыслом жизни. По мере взросления юный гений начинает злоупотреблять транквилизаторами и алкоголем, сбегая тем самым от реальности. Лишь во время игры в шахматы ее мысли проясняются, и она может возвращать себе контроль. Уже в шестнадцать лет Бет становится участником Открытого чемпионата США по шахматам. Но параллельно ее стремлению отточить свои навыки на профессиональном уровне, ставки возрастают, ее изоляция обретает пугающий масштаб, а желание сбежать от реальности становится соблазнительнее. И наступает момент, когда ей предстоит сразиться с лучшим игроком мира. Сможет ли она победить или станет жертвой своих пристрастий, как это уже случалось в прошлом?

Уолтер Стоун Тевис

Современная русская и зарубежная проза
Крестный путь
Крестный путь

Владимир Личутин впервые в современной прозе обращается к теме русского религиозного раскола - этой национальной драме, что постигла Русь в XVII веке и сопровождает русский народ и поныне.Роман этот необычайно актуален: из далекого прошлого наши предки предупреждают нас, взывая к добру, ограждают от возможных бедствий, напоминают о славных страницах истории российской, когда «... в какой-нибудь десяток лет Русь неслыханно обросла землями и вновь стала великою».Роман «Раскол», издаваемый в 3-х книгах: «Венчание на царство», «Крестный путь» и «Вознесение», отличается остросюжетным, напряженным действием, точно передающим дух времени, колорит истории, характеры реальных исторических лиц - протопопа Аввакума, патриарха Никона.Читателя ожидает погружение в живописный мир русского быта и образов XVII века.

Владимир Владимирович Личутин , Дафна дю Морье , Сергей Иванович Кравченко , Хосемария Эскрива

Проза / Историческая проза / Современная русская и зарубежная проза / Религия, религиозная литература / Современная проза