Средь славянских кириллиц и ржиВдруг повеет забытым, далёким…Монтаржи, Монтаржи, Монтаржи, –Простучит скорый поезд из окон.Может, я там когда-то жила,Может, солнце моё там светило,Может, там я счастливой была.Отчего мне названье так мило?..Может, предков моих это зовС берегов полноводной Луары,С её каменных старых мостовИ с каштановых сизых бульваров?..И чужая родной мнится речь –Древних галлов, а ныне – французов.Я готова и лепет сберечьВ своей памяти их карапузов.Мне названия рек, городовПочему-то отрадны для слуха:Для кого-то они – отчий кров,Мне – мелодии счастья для уха:Монпелье, Безансон, Авиньон,Ля Рошель, Сент-Этьен и Луара,Фонтенбло, Рамбуйе, Шатийон,Бержерак с виноградарей даром.Всё мне мило в них – и теснотаСтарых улочек в розовых мальвах,И домов их уют, простота,Сосны, лавр и шезлонги под пальмой.И на к'aмнях налёт старины,Площадей их брусчатые плеши,Что туристами покорены,И шансон их негромких кафешек.И проникнет крамольная мысльСквозь мои православные догмы:Может, всё же была она, жизнь,Где была я во Франции – дома?..24 сентября 2007 г
В поисках земного рая
Когда мы были Ангелы, мы зналиЧужие души, страны, языки,И тайну тайн – наследников Грааля[99],Но – люди мы, и нам теперь близкиДома-ячейки в выцветших обоях,Машины, дачи, «баксы»[100], «крутизна»,И новости последние, из коихМы узнаём: «пополнилась казна»,«Тучнеет скот», и «расцветают нивы»,И кто-то уж скопил свой миллиард.Но в целом человек не стал счастливым,И вряд ли счастлив даже «авангард».И нам всегда нужна всего лишь малость,Чтоб стать счастливым в жизни наконец:Мешают нам болезни, бедность, старость,Любовь неразделённая сердец.И в поисках утраченного раяСтремимся, кто в Тибет, кто на Бал.Заветным мнится рай чужого края,Но где же тот, кто рай познал Земли?..Их нет средь нас, наследников Грааля.Чужие манят, но обманут города.Когда б мы были Ангелы, то знали:Рай – в нашем сердце есть и был всегда.26 сентября 2007 г.