До тех пор, пока критики библейских текстов и библейские археологи сохраняли свои в основном противоречивые взгляды на историческую достоверность библии, они продолжали жить в двух разных интеллектуальных мирах. Критики текстов продолжали рассматривать Библию как объект анализа, который может быть разделен на все более мелкие источники и субисточники, в соответствии с теми или иными религиозными и политическими идеями, которые они выражали. В то же время археологи часто принимали историческое повествование Библии за чистую монету. Вместо того, чтобы использовать археологические данные в качестве независимого источника для реконструкции истории региона, они по — прежнему для интерпретации своих находок полагались на библейское повествование, особенно на традиции о возникновении Израиля. Конечно, по мере того, как продолжались раскопки и исследования, появлялись новые понимания того, как возник и развивался Израиль. Были подняты вопросы относительно исторического существования патриархов, а также о датировке и масштабах Исхода. Были разработаны и новые теории, которые предположили, что израильского завоевания Ханаана как единой военной кампании, как настаивает книга Иисуса Навина, возможно, не было. Но в отношении библейских событий, начинающихся от времени Давида ок. 1000 г. до н. э., существовал археологический консенсус, по крайней мере до 1990–х годов, что Библия может считаться в основном достоверным историческим документом.
Однако, в 1970–х годах на поведение библейской археологии начали влиять новые тенденции, и в конечном итоге они изменили основной упор и полностью перевернули традиционные отношения между артефактом и библейским текстом. Впервые археологи, работающие на билейских землях, не стремились использовать свои находки как иллюстрации для Библии; в драматическом переходе к методам социальных наук они стремились изучать реалии человеческой жизни, стоящие
Новый взгляд на библейскую историю
Последние достижения в области археологии, наконец, позволили нам преодолеть разрыв между изучением библейских текстов и археологическими находками. Теперь мы можем видеть, что Библия, наряду с отличительными формами керамики, архитектурными стилями и надписями на иврите, является типичным артефактом, который много рассказывает об обществе, в котором он возник.
Это потому, что теперь уже понятно, что такие явления как делопроизводство, административная переписка, царские хроники и составление национального Священного Писания, особенно такого глубокого и сложного как Библия, связаны с определенной стадией социального развития. Археологи и антропологи, работающие во всем мире, внимательно изучили условия, в которых появляются сложные жанры письма, и почти в каждом случае они являются признаком формирования государства, в котором власть централизована в национальных институтах, таких как официальный культ или монархия. Другие черты этого этапа социального развития включают монументальное строительство, экономическую специализацию и наличие густой сети объединенных общин размером от больших городов до региональных центров и до средних городков и маленьких деревень.