Он задумался и озадаченно хмыкнул.
— Да пожалуй, что и жалко… — проговорил он, сам себе удивляясь. — Тут вот ещё, понимаешь, какое дело… Да! Они, конечно, шакалы! Отняли у нас пустыню, закрыли выход к морю…
— Да он нам и раньше не был нужен! — перебила Алият.
— Не важно!.. Вообще делали с нами, что хотели… И всё же при этом в мире было какое-то равновесие. А вот теперь… — Ар-Шарлахи умолк и долго покачивал головой. — Да… — сказал он наконец. — Теперь я даже и не знаю, что будет. Даже если они не станут здесь больше воевать. Не знаю…
К вечеру по левому плечу обозначилось чёрное пятно, отчётливо выделяющееся на фоне блещущих под солнцем песков, и Ар-Шарлахи приказал изменить курс. Пятно поплыло навстречу, обретая рельеф, становясь похожим на выжженный маленький оазис. Или на спалённый в уголь караван. Знакомая картина. Клочья копоти, пятнающие песок, обгорелые балки, рваный металл…
«Самум» прошёл по краю пятна, марая сажей колёса. Стоя у борта, Ар-Шарлахи озадаченно всматривался в это, по всему видать, свежее пепелище. Ветер шевелил чёрные хлопья, тянуло гарью. Точно таким же ударом «разрисованные» накрыли на его глазах «Белый скорпион»… Да, но что же они накрыли здесь?
В центре выгоревшего пятна горбилось невысокое изуродованное взрывом сооружение с остатками огромной решётчатой чаши, окружённое чёрными обломками странных, слегка похожих на кивающие молоты конструкций, также обугленных, исковерканных почти до полной бесформенности. Песок был разрыт чудовищными осыпавшимися воронками и покрыт особенно плотным слоем копоти. Одна из конструкций явно пострадала меньше других, и Ар-Шарлахи велел пройти как можно ближе к ней, что и было выполнено в точности, хотя и с большой неохотой.
Конструкция представляла собой жёлоб длиной в два человеческих роста, укреплённый на покривившейся башенке основания. На жёлобе покоился странный предмет, напоминающий острорылую рыбу с веретенообразным туловищем и раскинутыми брюшными плавниками, которые хотелось назвать скорее крыльями.
— Нет, — сказал наконец Ар-Шарлахи. — Нефть они здесь не добывали. Баков нет, трубы — в стороне. Это что-то другое.
— Что? — тут же спросила из-за плеча Алият.
— А верблюд их знает! Скорее всего эти самые их ракеты. Вроде тех, которыми они сожгли Лако… Видишь вон, какая штука лежит на жёлобе? Крылышки у неё…
Ар-Шарлахи нахмурился, что-то прикидывая, затем лицо его просветлело.
— Точно, точно… — сказал он. — Трубы-то им охранять надо было…
— От кого? Мы здесь первые.
Ар-Шарлахи пожал плечами:
— Ну, не от нас, конечно… От этих… от врагов своих… с железными птицами…
— Да… — молвила Алият, оглядывая напоследок пепелище. — Много наохраняли… Против железных птиц, пожалуй, ничего и не сделаешь…
Следующим утром, однако, выяснилось, что Алият была не совсем права. Сначала прямо по рогу сверкнуло издали нечто похожее на исковерканный церемониальный щит, потом солнечные блики, словно откликнувшись, вспыхнули по левому плечу. По барханам были размётаны металлические клочья, какие-то обломки, зачернело небольшое пятно копоти.
Спрыгнув из бортового люка на пышущий песок, Ар-Шарлахи подошёл к измятому куску металла, тронул, обжёгся, поднял, ухватив сквозь полу белого балахона. Обрывок металлического листа был тонок и почти невесом. По краю бежал двойной ряд заклёпок.
Ар-Шарлахи хмыкнул, выпрямился, огляделся. Блеск этого странного металла был ему не знаком. Щиты и лезвия блещут не так. Шероховатый, серо-серебристый и удивительно лёгкий, именно он пронёсся вчера над пустыней, заставив содрогнуться каждую песчинку.
Команда столпилась вокруг главаря. Кто-то побрёл к дальним барханам, где тоже что-то посверкивало. Судя по всему, обломки металлической птицы рассеяло взрывом с большой высоты.
— Нет, — решил наконец Ар-Шарлахи. — Конечно, это не сталь и не железо. Будь они из железа, они бы и летать не могли, наверное…
— Кто?
— Птицы. — Он разжал пальцы, и лёгкий, как дерево, обрывок металла упал в песок. — Значит, одну из них всё-таки подбили… А может, и не одну…
Кто-то снова поднял накалившийся да солнце обломок, держа его кончиками пальцев. Поцокав языком, передал другому. Ард-Гев нашёл неподалёку стальной стержень, увенчанный рукояткой с прорезями для пальцев. Все по очереди брались за эту рукоять, недоумевая. Получалось, что стержень по замыслу должен торчать из кулака вниз, непонятно только зачем. Впрочем, даже если бы он торчал вверх — какая разница?..
Притихшие, вернулись на «Самум» и хотели уже двинуться дальше, когда обнаружилось, что нет Горхи. Ар-Шарлахи выругался и приказал Айче сделать поверку всей команды. Выяснилось, что остальные в сборе, а потом кто-то вспомнил, что вроде бы видел Горху направляющимся к какому-то дальнему обломку. Пришлось снова покинуть «Самум» и заняться поисками пропавшего.