Так, если бы вдруг исчезла наша культура со всеми ее памятниками письменности, то томимые неведением археологи, раскапывая руины храмов Христа и соборов Богоматери, неизменно убеждались бы в том, что христианство – это «звездная вера», ибо все церкви ориентированы по линии «восток – запад», «восход – заход Солнца». А некоторые острословы добавляют, что, встречая среди руин, например, распятия Христа, всё те же проницательные археологи поняли бы, что людей в этих храмах приносили в жертву богу Солнца, распиная их на кресте. Ведь все находки свидетельствовали об этом!
Но насколько же далеки от истины были бы эти логично мыслящие археологи грядущих времен!
А мы? А мы?
Новые старые смыслы Стоунхенджа
И снова тот же вопрос, на который не устают отвечать ученые и любители древностей: «Для чего был нужен Стоунхендж?»
Сегодня мы знаем, что Стоунхендж возводился на протяжении многих столетий. Его каменные кольца не раз перестраивались. Но, главное, он был для жителей Древней Британии чем-то большим, чем несколько десятков камней, расставленных в виде колец. Он был скорее центром некоего священного округа, возникшего в Южной Англии несколько тысячелетий назад. Он был окружен множеством захоронений, гробниц и сакральных построек. Таковы итоги последних археологических исследований.
На примере Стоунхенджа ученые могут наблюдать за тем, как сменявшие друг друга культуры по-разному использовали одну и ту же священную область, одно и то же святилище. Придавали им новый смысл, приспосабливая к своим верованиям и обычаям. Река истории своим могучим течением увлекала за собой даже эти каменные блоки, поворачивая их к нам всё новыми гранями. Они становились то невиданным прежде надгробием, то лечебницей, то каменным календарем. Из века в век всё новые люди приходили к Стоунхенджу и приноравливали этот монумент к своему культурному коду, все запутаннее зашифровывая его. Тем труднее нам его раскодировать.
Упрощенно говоря, Стоунхендж, что на протяжении почти двух тысяч лет оставался святилищем, можно сравнить с храмом Святой Софии, который в Константинополе был главной церковью (там совершалась коронация императора), в Стамбуле стал мечетью и был окружен ансамблем из четырех высоких, необычайно стройных минаретов, расположившихся по углам здания. Наконец, в 1934 году основатель современного Турецкого государства Кемаль Ататюрк объявил мечеть Айя-София музеем.
Вот такие непонятные для нас метаморфозы за два тысячелетия пережил и Стоунхендж. Мы видим лишь следы этих превращений: остатки построек, лунки от них. Идеи же, которые владели умами людей, что возводили Стоунхендж, а потом из века в век его перестраивали, остаются для нас неведомы. Никаких письменных сообщений нет. Нет упоминаний ни в хрониках Древнего Востока, ни в развернутых описаниях античных географов. Нет даже мифов и легенд, потому что в вихре великих переселений народов давно исчезли все те, кто рассказывал мифы и легенды, связанные со Стоунхенджем. Разумеется, давно родились и стали преданиями старины глубокой новые, средневековые мифы. Но между их творцами и теми, кто строил Стоунхендж, кто приходил сюда как в храм, пролегла широкая пропасть. И с одного ее берега на другой не долетело ни звука. Если мифы и легенды Древней Греции пересказывались и переписывались тысячи лет, то мифы и легенды Древней Британии забыты, словно их и не было. Лишь загадочные камни Стоунхенджа всё высятся на своих местах, напоминая о чем-то рассказанном и уже не расслышимом.
Быть может, приблизиться к тайнам Стоунхенджа нам удастся, если мы посмотрим, что происходило в других частях Европы в ту эпоху, когда своего высшего развития достигла так называемая мегалитическая культура.
5. Мегалитическая культура
Цивилизация и «дикость»?
Казалось бы, эта эпоха должна была исчезнуть без следа. Люди тогда не знали письменности, не оставляли пространных хроник и клинописных архивов. Люди, населявшие Европу пять тысяч лет назад, в ту пору, когда их современники в Месопотамии, на Ближнем Востоке и в Египте уже создали свои цивилизации.
Но именно эти «дикие европейцы», жившие на далекой периферии тогдашнего культурного мира, стали основателями уникальной цивилизации, еще не знавшей ни алфавита, ни государственности, но оставившей монументальные памятники, которые мы встречаем в Западной Европе повсюду: от Испании до Германии, от Ирландии до Мальты. Эти памятники возводились в одно время с египетскими пирамидами, но если «древняя мудрость Египта» давно заставляет историков замирать перед откровениями, явленными нам ее творцами, то «древняя дикость Европы» до недавних пор вселяла в их сердца лишь стыд.