Читаем Разящее оружие смеха. Американская политическая карикатура XIX века (1800–1877) полностью

На высоком утесе, отделенном Атлантикой от британского острова, изображены три фигуры самого комического вида. На вершине утеса справа, на самом краю — фигура Массачусетса, тянущего за собой штаты Коннектикут и Род-Айленд. Массачусетс говорит: «Какой опасный прыжок!!! Но надо прыгнуть, братец, Кон!!!» В центре на коленях Коннектикут, которого тянет за руку Массачусетс, а другой рукой он оперся на плечи Род-Айленда. Он говорит: «Братец Масс, я не могу. Позволь мне еще помолиться и попоститься. А маленький Роди пусть прыгает первым». Слева в красном британском мундире Род-Айленд говорит: «Бедный я, бедный! Что со мной будет? Прыгать страшно. Я — в отчаянии…» В центре карикатуры, под скалой, на коленях, в скромной коричневой пуританской одежде изображен Томас Пикеринг, федералист из Массачусетса, сторонник сецессии Новой Англии. Он стоит на коленях, молитвенно сложив руки: «Я горячо молюсь за успех этого великого прыжка, который сменит мое простонародное имя на титул милорда Эссекса[127]. Боже, храни короля»[128].

Ниже в левом углу на фоне скалы художник изобразил медальон с написанными на нем именами доблестных американских моряков, имена Перри, Макдонуха, Хал и других героев войны 1812 г.

Карикатура была отпечатана в Филадельфии Сэмюэлем Кеннеди в 1814 г. и вызвала большой резонанс в американском обществе.

Другая листовка республиканцев, появившаяся в 1815 г., также высмеивающая Хартфордский конвент содержала целую сатирическую поэму под названием, «Три мудреца в одном тазу пустились по морю в грозу[129]. Путешествие в город Вашингтон на мотив „Берегись, Джонни Буль“». Над поэтическим текстом была помещена карикатура. В ней речь шла о делегатах Хартфордского конвента, которые отправились в Вашингтон для переговоров с президентом. Поскольку они явились после того, как пришли новости о Гентском мире и победе под Новым Орлеаном, то и появилась сатирическая поэма, снабженная карикатурой. Она была отпечатана как листовка массовым тиражом.

Делегаты Хартфордского конвента изображены неизвестным республиканским карикатуристом плывущими в ночном горшке. Дальше идут реплики персонажей. Г. Г. Отис говорит: «Черт возьми, Том, он протекает». Ему отвечает Томас Перкинс: «Чего тут бояться? Ты когда-нибудь видел такой корабль как наш, чтобы он наполнялся водой прямо со дна?» Салливэн утешает Отиса: «Держи флаг выше, Гарри. Тебе не суждено утонуть. Утонем или поплывем, отступать некуда».

Штаты за пределами Новой Англии не приняли позицию Хартфордского конвента. Так, решение Нью-Джерси гласило, что резолюции конвента «бросают между штатами Союза яблоко раздора»[130]. Нью-Йорк объявил, что «часть населения восточной секции Союза потеряла должное чувство национальной чести»[131]. В целом, резолюции, осуждающие Хартфордский конвент, приняли восемь штатов, включая Вермонт, а предложенные поправки к конституции были одобрены только Массачусетсом и Коннектикутом. В общественном мнении американцев Хартфордский конвент на долгие годы стал синонимом разрушения единства страны.

Решающую победу на суше американцы одержали под Новым Орлеаном 8 января 1815 г. Командовал американцами генерал Эндрю Джексон, заслуживший с тех пор славу «героя Нового Орлеана».

Карикатура Уильяма Чарльза «Джон Буль перед Новым Орлеаном»[132] показывает, как французский офицер и американский охотник-траппер за уши вытягивают английского короля (аналог Джона Буля) из болота. «Вперед, старый негодяй, — говорит охотник. — Теперь ты знаешь, каковы бравые американцы и их старина Гикори»[133].

Гентский мирный договор, положивший конец войне на условиях статус-кво, был подписан 24 декабря 1814 г., но новости о мире достигли участников сражения под Новым Орлеаном только к февралю 1815 г. Тем не менее, сражение имело огромное значение для поднятия морального духа американцев.

В период англо-американской войны происходит определенная эволюция в отношении американского общества к войне, в глазах большинства американцев защита страны становится патриотическим долгом, а сама война начинает восприниматься как «вторая Война за независимость». Этому в немалой степени способствовала проправительственная карикатура. Усилившийся в ходе войны патриотизм способствовал определенному сплочению американской нации и даже наступлению «эры доброго согласия». События 1812–1815 гг. вошли в американское национальное сознание именно как вторая Война за независимость.

«Джексоновская демократия». Вторая двухпартийная система: виги — демократы

Перейти на страницу:

Похожие книги

Артхив. Истории искусства. Просто о сложном, интересно о скучном. Рассказываем об искусстве, как никто другой
Артхив. Истории искусства. Просто о сложном, интересно о скучном. Рассказываем об искусстве, как никто другой

Видеть картины, смотреть на них – это хорошо. Однако понимать, исследовать, расшифровывать, анализировать, интерпретировать – вот истинное счастье и восторг. Этот оригинальный художественный рассказ, наполненный историями об искусстве, о людях, которые стоят за ним, и за деталями, которые иногда слишком сложно заметить, поражает своей высотой взглядов, необъятностью знаний и глубиной анализа. Команда «Артхива» не знает границ ни во времени, ни в пространстве. Их завораживает все, что касается творческого духа человека.Это истории искусства, которые выполнят все свои цели: научат определять формы и находить в них смысл, помещать их в контекст и замечать зачастую невидимое. Это истории искусства, чтобы, наконец, по-настоящему влюбиться в искусство, и эта книга привнесет счастье понимать и восхищаться.Авторы: Ольга Потехина, Алена Грошева, Андрей Зимоглядов, Анна Вчерашняя, Анна Сидельникова, Влад Маслов, Евгения Сидельникова, Ирина Олих, Наталья Азаренко, Наталья Кандаурова, Оксана СанжароваВ формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Андрей Зимоглядов , Анна Вчерашняя , Ирина Олих , Наталья Азаренко , Наталья Кандаурова

Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Культура и искусство
Порыв ветра, или Звезда над Антибой
Порыв ветра, или Звезда над Антибой

Это повесть о недолгой жизни, творчестве и трагической смерти всемирно известного русского художника Никола де Сталя. Он родился в семье коменданта Петропавловской крепости в самом конце мирной эпохи и недолго гулял с няней в садике близ комендантского дома. Грянули война, революция, большевистский переворот. Семья пряталась в подполье, бежала в Польшу… Пяти лет от роду Никола стал круглым сиротой, жил у приемных родителей в Брюсселе, учился на художника, странствовал по Испании и Марокко. Он вырос высоким и красивым, но душевная рана страшного бегства вряд ли была излечима. По-настоящему писать он стал лишь в последние десять лет жизни, но оставил после себя около тысячи работ. В последние месяцы жизни он работал у моря, в Антибе, страдал от нелепой любви и в сорок с небольшим свел счеты с жизнью, бросившись с крыши на древние камни антибской мостовой.Одна из последних его картин была недавно продана на лондонском аукционе за восемь миллионов фунтов…

Борис Михайлович Носик

Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Проза / Прочее / Современная проза / Изобразительное искусство, фотография
ОстанкиНО
ОстанкиНО

Всем известно, что телевидение – это рассадник порока и пропасть лихих денег. Уж если они в эфире творят такое, что же тогда говорить про реальную жизнь!? Известно это и генералу Гаврилову, которому сверху было поручено прекратить, наконец, разгул всей этой телевизионной братии, окопавшейся в Останкино.По поручению генерала майор Васюков начинает добычу отборнейшего компромата на обитателей Королёва, 12. Мздоимство, чревоугодие, бесконечные прелюбодеяния – это далеко не полный список любимых грехов персонажей пятидесяти секретных отчетов Васюкова. Окунитесь в тайны быта продюсеров, телеведущих, режиссеров и даже охранников телецентра и узнайте, хватит ли всего этого, чтобы закрыть российское телевидение навсегда, или же это только дробинка для огромного жадного и похотливого телечудовища.

Артур Кангин , Лия Александровна Лепская

Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Юмор / Юмористическая проза / Прочий юмор
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Аркадий Иванович Кудря , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь , Марк Исаевич Копшицер

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное