Читаем Разные вещи полностью

Кажется неуместным —

Они без всякой жалости

Греют проклятую местность.

Смерть еще не коснулась,

Но рядом уже садится.

Запах добычи почуяв,

Коршун в небе кружится.

И из последних стараний,

Чтобы ему не достаться,

Будет пустынник израненный

К оазису пробираться.

Уже ни на что не надеясь,

Но воспевая Бога…

Почти что в него не веря,

Ну, может, совсем немного…

Плен

В сладком плену пребывала,

Все, что хотела, имела.

Только на шее ошейник,

И поводок короткий.

И, наверно, для верности,

Крылья подрезаны четко.

Трудно взлететь без крыльев,

Но попытаться можно.

Перья на землю роняя,

Ими взмахнуть осторожно.

Ведь чудеса бывают,

И рваное станет целым —

Снова прекрасные перья

В крыльях сверкают белым!

Слепит глаза свобода,

А ширина горизонта

Страх безотчетный внушает,

Робким, поднявшимся в небо.

Но не нужно бояться,

Страх исчезает быстро,

И наслажденье приносит

Ветра порыв игристый!

Вокзал

На ночном вокзале

Вдаль уходят поезда

Без печали…

Разрывая криком тишину…

Как устали…

Как устали нервы

Выносить разлуку,

Ночь, вокзалы, запах преисподней,

Серую безрадостную мглу…

Чьи-то руки чемодан подхватят

И на полку бросят,

Ничего не спросят,

А потом смиренно

Подстаканник с чаем поднесут ко рту…

Как устало…

Как устало тело мыкаться по свету,

Как устали мысли следовать за ним…

Как устала память в круговерти этой…

Где покой желанный?!

Где ты?!

Или я у Бога

Вечный пилигрим?

Коломбина

Я – Коломбина, дитя карнавала.

Веселье, веселье,

Мне этого мало.

Там музыка, клоуны, танцы и смех…

Но не для всех

Тот праздник веселый…

Я – Коломбина,

От счастья бегу,

За маской я прячу сердца тоску.

Закончится праздник,

Осколки души

я соберу и уйду восвояси.

В доме без маски останусь одна,

Я – Коломбина с придуманным счастьем…

Стая

Волчья стая собралась

В кои веки…

Зубы скалят и рычат —

Человеки!!!

Есть еще на этом свете,

Или нет?!

На загривке шерсть забором,

Хвост дрожит…

Где вы, где вы, человеки?!

Ворожит

Лунной ночью демон смерти…

Нагнетает ужас.

Скоро свадьба Князя Тьмы —

Капает слюна…

Больше зверю человек

Стал не нужен…

Тьма…

Хочешь выжить, так примерь

Шкуру волчью.

Диким зверем обернись,

Окропись

Кровью

Вой победный раздается—

Ужас, ужас…

Волчья стая зубы скалит—

Тьма…

Снег

Я жду с нетерпением снега,

Он отрадно ложится на душу.

В кристаллах снежинок я вижу

Что мне нужно.

А что не нужно—

Все снег забирает,

Тихо стирает грусть,

Но оставляет память…

Я сюда однажды вернусь,

Я все вспомню и снова забуду,

Белый снег мне об этом напомнит…

Он тебя мне поможет найти,

Зимним вечером после работы,

Где-то возле часов семи…

По следам, что ты оставляешь

на снегу,

Когда ты в пути…

Белый снег – это мой талисман.

Он так строг и также прекрасен.

В мире снега обман невозможен…

Он так ясен, так вечен и ясен…

Гадалка

«Скажи мне, гадалка, куда мне держать

Мой путь?

я растерян и жалок!

Я слышал, ты можешь мне правду сказать,

Увидеть мой путь без помарок».

«Ну что ж, – отвечала гадалка, – скажу… —

Сверкнув на мужчину глазами. —

к несчастью твой путь обрывается здесь.

Так карты мне рассказали».

«Наверно, сошла ты, ведьма, с ума?!

Я полон планов и сил! Я горы сверну!

Мне жизнь дорога! И я ее господин!»

Гадалка скромно потупила взор и повела плечами.

«Судьба выносит тебе приговор, не я…

Так карты сказали…»

Он вышел и воздух глотнул ночной,

Чтоб сбросить мрачные чары.

Хотел рассмеяться,

но рухнул к ногам,

Гадалки, что смерть предсказала…

И тихо змея уползала в кусты,

Невольно свершив предсказанье судьбы…

Черная кошка

Черную кошку в черной комнате

Говорят, невозможно найти.

Но я все же попробую…

Досчитаю до десяти

И рывком распахну дверь…

Мы теперь вдвоем в черной комнате,

Я и кошка.

Мы будем искать

друг друга.

Я даже закрою глаза.

Эта кошка моя подруга,

Я поймаю ее за хвост,

И друг другу мурлыкая что-то

Мы умчимся в страну наших грез.

Солнечный зайчик

Солнечный зайчик на стене

Отразился в зеркале.

Я поймала его отражение

И ушла в зазеркалье

В поисках всяких чудес.

Солнечный зайчик исчез.

Я осталась одна в зазеркалье,

Захотела вернуться назад,

Но уже не смогла —

Там другая заняла мое место,

Притворившись, что это я.

Мои крики никто не слышит,

Потому что она хозяйка.

Но однажды я выйду оттуда

И тогда убью негодяйку!

Роза

В вазе увядшая роза,

А на столе бокал.

На спинке кровати небрежно

Сброшенный кардиган.

Шелковый, с черным кружевом,

Черный чулок на полу…

Кружится, как все-таки кружится,

Этот лист на осеннем ветру…

Как не ухоженно выглядит

Растрепанная голова…

Смолкли шаги за дверью

И опять тишина…

Кажется, что-то случилось…

Кажется, я не права…

Ну почему же так кружится

От вина голова?

Утром чашечка с кофе

Белеет одна на столе.

Ну почему не проходит

Эта боль в голове?!

И сердце забыть не может

Шаги в опустевшем дворе…

Все та же увядшая роза,

И тот же бокал с вином…

Ну почему же так холодно

В этом доме пустом?!

Запой

Что не так? Ты ответь, что сегодня с тобой?

Все не так, потому что сегодня запой.

Все я вижу не так

И все по-другому

Я продался опять видно змею хмельному.

И наполнилась звуком опять тишина

И чудовища пасти разинули снова,

И спустился я в ад,

И увидел тогда —

Грош у жизни цена…

И никак по-другому.

Я на голос пошел,

Что меня тихо звал,

И в ушах он звенел, как набат.

Я стремился дойти, но тот голос пропал

Перейти на страницу:

Похожие книги

Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Дмитрий Громов , Иван Чебан , Кэти Тайерс , Рустам Карапетьян

Фантастика / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Cтихи, поэзия / Проза
Перелом
Перелом

Как относиться к меняющейся на глазах реальности? Даже если эти изменения не чья-то воля (злая или добрая – неважно!), а закономерное течение истории? Людям, попавшим под колесницу этой самой истории, от этого не легче. Происходит крушение привычного, устоявшегося уклада, и никому вокруг еще не известно, что смена общественного строя неизбежна. Им просто приходится уворачиваться от «обломков».Трудно и бесполезно винить в этом саму историю или богов, тем более, что всегда находится кто-то ближе – тот, кто имеет власть. Потому что власть – это, прежде всего, ответственность. Но кроме того – всегда соблазн. И претендентов на нее мало не бывает. А время перемен, когда все шатко и неопределенно, становится и временем обострения борьбы за эту самую власть, когда неизбежно вспыхивают бунты. Отсидеться в «хате с краю» не получится, тем более это не получится у людей с оружием – у воинов, которые могут как погубить всех вокруг, так и спасти. Главное – не ошибиться с выбором стороны.

Виктория Самойловна Токарева , Дик Френсис , Елена Феникс , Ирина Грекова , Михаил Евсеевич Окунь

Попаданцы / Современная проза / Учебная и научная литература / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия
Полное собрание стихотворений и поэм. Том II
Полное собрание стихотворений и поэм. Том II

Эдуард Вениаминович Лимонов известен как прозаик, социальный философ, политик. Но начинал Лимонов как поэт. Именно так он представлял себя в самом знаменитом своём романе «Это я, Эдичка»: «Я — русский поэт».О поэзии Лимонова оставили самые высокие отзывы такие специалисты, как Александр Жолковский и Иосиф Бродский. Поэтический голос Лимонова уникален, а вклад в историю национальной и мировой словесности ещё будет осмысливаться.Вернувшийся к сочинению стихов в последние два десятилетия своей жизни, Лимонов оставил огромное поэтическое наследие. До сих пор даже не предпринимались попытки собрать и классифицировать его. Помимо прижизненных книг здесь собраны неподцензурные самиздатовские сборники, стихотворения из отдельных рукописей и машинописей, прочие плоды архивных разысканий, начатых ещё при жизни Лимонова и законченных только сейчас.Более двухсот образцов малой и крупной поэтической формы будет опубликовано в составе данного собрания впервые.Читателю предстоит уникальная возможность уже после ухода автора ознакомиться с неизвестными сочинениями безусловного классика.Собрание сопровождено полновесными культурологическими комментариями.Публикуется с сохранением авторской орфографии и пунктуации.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Алексей Колобродов , Алексей Юрьевич Колобродов , Захар Прилепин , Олег Владимирович Демидов , Эдуард Вениаминович Лимонов

Поэзия / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия
Господа офицеры
Господа офицеры

Роман-эпопея «Господа офицеры» («Были и небыли») занимает особое место в творчестве Бориса Васильева, который и сам был из потомственной офицерской семьи и не раз подчеркивал, что его предки всегда воевали. Действие романа разворачивается в 1870-е годы в России и на Балканах. В центре повествования – жизнь большой дворянской семьи Олексиных. Судьба главных героев тесно переплетается с грандиозными событиями прошлого. Сохраняя честь, совесть и достоинство, Олексины проходят сквозь суровые испытания, их ждет гибель друзей и близких, утрата иллюзий и поиск правды… Творчество Бориса Васильева признано классикой русской литературы, его книги переведены на многие языки, по произведениям Васильева сняты известные и любимые многими поколениями фильмы: «Офицеры», «А зори здесь тихие», «Не стреляйте в белых лебедей», «Завтра была война» и др.

Андрей Ильин , Борис Львович Васильев , Константин Юрин , Сергей Иванович Зверев

Исторический детектив / Современная русская и зарубежная проза / Прочее / Cтихи, поэзия / Стихи и поэзия