От этого непрошеного воспоминания становится еще хуже. Ведь таких было много. Очень много. Это так просто не забыть. Не стереть по щелчку пальцев.
В последний раз окинув взглядом дом, я вытираю слезы тыльной стороной ладони и иду к своей машине.
Колени слабеют. Я ползу как черепаха. Руки еще дрожат, но я все равно нажимаю на ручку двери, не желая оставаться здесь ни секунды. Сажусь за руль и завожу двигатель, старательно жмурясь, чтобы загнать слезы обратно.
«Все пройдет, Лейла, — шепчу я сама себе. — Не сейчас. Но потом — обязательно. Когда-нибудь боль утихнет. Станет легче. Нужно лишь пережить это время».
Я глубоко вздыхаю и открываю глаза, но тут же замираю, не в силах сказать ни слова. Бурак стоит прямо передо мной. В одних спортивных штанах и белой майке. Буравит тяжелым взглядом. Хмурится. Между бровей залегла складка.
Муж ставит кулак на капот, не разрешая мне выехать. Просто загораживает выезд. Если я нажму на газ, то непременно ударю его бампером.
Шальная мысль сделать это прямо здесь и сейчас гаснет, когда я вспоминаю Али, который обязательно будет спрашивать, где его папа… Да и скрывать наш развод будет крайне сложно. Рано или поздно сын все поймет.
— Лейла, — жестко чеканит муж. — Выйди из машины. Сейчас же.
Глава 16
— Не зли меня еще больше. Я все равно не сдвинусь с места. Даже не мечтай, дорогая жена.
Я сжимаю руль. Нога тянется вдавить газ, но я вовремя себя одергиваю. Вылетаю из машины и с силой захлопываю дверь.
— Чего ты хочешь от меня теперь? Дай мне уехать! — проговариваю на выдохе. — Я свое слово сказала. Нас ждет развод. Ты свое дело сделал. Изменил мне. Отомстил за то, чего не было. Это ведь очень по-мужски, Бурак. Поверю всем, кроме жены! — копирую его тон. — Жены, которая с тобой жила пять лет! ПЯТЬ ЛЕТ. Немалый срок. Ты просто нашел хороший предлог для измены. Других вариантов нет.
— Замолчи!
Бурак в два шага оказывается возле меня. Хватает за локоть. Дергает на себя, и я неосознанно сжимаюсь. Слезы брызжут из глаз.
— Замолчи лучше, Лейла. Ты обвиняешь меня, говоря, будто это я разрушил нашу семью! Притворяешься невинной, а сама наставляла мне с другим рога! Это ты! Ты изменила первая! Нашла себе другого! Наплевала и на меня и на сына! Чего ты ждала? Какой реакции? А теперь после того, что сама натворила… еще и меня виноватым выставляешь, да? Не будет такого, Лейла! Ты не имеешь права!
Из горла вылетает смешок вместе с рвущимся возмущением. Я изо всех сил толкаю мужа руками в грудь. От него за метр веет тяжелой подавляющей энергетикой. Он весь ею пропитан. Бурак сверкает глазами от гнева и крепко сжимает кулаки.
— Катись к черту, Феррахоглу! Ты меня понял?! — зло шиплю я. — Иди туда, где тебя отныне ждут!
Я пальцем указываю на окно нашей спальни, в котором торчит та девица.
— Не зли меня, Лейла, — рычит он. — Иначе…
— Иначе что? — Я складываю руки на груди. — Снова отберешь у меня сына, не так ли? Или еще что изощренней придумаешь?
— Я и не…
— Так вот что скажу… — перебиваю я. — Все это старая пластинка, Бурак. Мне порядком это надоело. Али — не игрушка, которую можно перетягивать туда-сюда. Это человек, у которого есть сердце. Есть чувства! И ему не нравится то, что между нами происходит. Скажи спасибо, что он еще маленький и не видит того, что вижу я! А знаешь, что я сейчас вижу?! Совсем чужого человека. Его я не знаю. Мне он противен! Но хуже всего осознавать, что я тратила время не на того. Доверяла не тому! Любила не того!
— Остановись пока не поздно, — огрызается он.
— Какая я дура, — с горечью отмечаю. — Надо с самого начала было думать, с кем связываешься. Ведь видела твоих гнилых до основания родственников. Но надеялась, что ты другой. А все было ложью… Все… — Я отворачиваюсь от него. — Сожалею. Я совершила огромную ошибку, бросив ради тебя работу. Думала так будет лучше. Семья. Очаг. Уют в доме. Необходимость растить детей… Ты сам говорил об этом. Я послушала тебя, потому что всегда внимала твоим речам. Все делала для тебя. Абсолютно все, Бурак. И что я получаю взамен? Недоверие… Изощренную месть, будто тебе десять лет. Хотя и дети ведут себя гораздо взрослее, чем мы.
— Лейла…
— Знаешь, когда мы с бабушкой ютились в небольшой квартире… — Я делаю шаг к двери своей машины. — Я была гораздо счастливее, чем сейчас. Да, у меня многого не было. Но я никогда не чувствовала себя такой сломленной. Ни в ком так сильно не разочаровывалась, как в тебе. Я ожидала этого от любого члена твоей семьи. Но не от тебя. Мне никогда не нужны были все эти атрибуты богатой жизни. Я в них не нуждалась. Только в уважении и взаимной любви. Но получила лишь унижение. Я этого не заслужила, Бурак. Не разобравшись, рубить сплеча… Поверить всем: родственникам, СМИ… но не мне. Ты решил все за нас двоих. Именно ты разрушил нас. Не я.
— Все! — выкрикивает он. — Абсолютно все говорит о твоей измене!
Я разворачиваюсь, впиваясь в темный омут его глаз. Сглатываю противный ком в горле.