В маркете затариваюсь легким набором продуктов. Ночь впереди, а в больнице только один кофейный автомат и то не уверен, работает ли он. Путь назад преодолеваю тоже быстро. Мне крайне важно успеть доставить жене сменку. Устала же на каблуках и в платье.
Сунув вахтеру пропуск беспрепятственно прохожу в отделение. Ирина сидит около палаты, ждет меня.
- Была у дочки?
- Она вот-вот должна проснуться. Не бужу.
- Что Ольга Олеговна сказала?
- Все обошлось. После нужно пройти ряд анализов. Если что-то выявится, то… Ты знаешь, может и климат ей не подходит. Но пока говорить рано, – мнется она.
- Подожди пока.
- Нечего ждать, Андрей. Там по всем показателям аллергия не только на моллюсков. Наступило обострение, вот повылезло. Ужас просто.
- Ириша, не спеши с выводами.
- Как ты не понимаешь?!
- Я понимаю, – успокаиваю тихо. – Понимаю. Не шуми, Варюша испугается. Дверь в палату открыта же. Может переоденешься? Тут душ есть?
Она несмело смотрит на объемный баул в руках. Наконец сдается и взяв нужное, уходит. Я же задумываюсь. Климат. Это серьезно. Хотя может она все же утрирует. Опираюсь на стену, прикрываю глаза. Пусть мне повезет сегодня. Не такой кровью я хотел сближения, видит Бог. Дочка беспокоит неодолимо. Может обследование в другой клинике пройти, здесь что-то старое все.
Пока думаю, возвращается Ира. Устало опускается рядом и тихо выдыхает.
- Может к ней уже можно? – с надеждой вытягиваю шею, выглядывая в коридоре доктора.
- Я тоже больше не могу. Идем.
Как воры крадемся. На цыпочках заходим в палату и караулим Варю. Бледненькая, волосики влажные прилипли к лобику. В груди разливается кислючая горечь, которая заполоняет каждый отсек. Вытесняет воздух из легких острая любовь. Получается, что это чувство может не только радовать, оно может еще и уничтожать. Я не могу ей помочь. Не могу забрать боль маленькой крошки к себе.
Ира зная, что меня выпроводят из больницы вот-вот, дает возможность поправить одеяло на кроватке дочери, аккуратно и невесомо поцеловать ее. Сунуть игрушку под покрывало. Прошептать, что все будет хорошо.
Ночь дома проходит скомканно и беспокойно. Почти не сплю.
А на утро мой мир рушится.
Моей дочери необходима смена климата.
Моллюски были просто отправной точкой.
Глава 23
- А куда мы переедем, мама? – задрав ноги на изголовье, спрашивает Варя.
- К морю. Поживем там немного.
- А папа?
- Ну-у… Папа… Будет изредка приезжать.
Занимаю дочь игрушками и заканчиваю с упаковками коробок. Поживем в Геленджике. Город большой, крупный. У Сэма есть филиал, там и буду работать. Жить есть где, опять же займу апартаменты Семёнова. Он - ангел-хранитель. Получается на всех краховых этапах моей жизни рядом находится и все проблемы с полпинка решает.
У Вари сняли отек. Нам предстоит долгое лечение и наблюдение. Климат советовала доктор, направила в прекрасную клинику в южном городе. Так что собрались и поехали, ожидать и выжидать нечего. Андрей не звонит, но мне не до него. Буду на месте, пришлю сообщение, что с Варей.
После клиники прошло лишь три дня. Брела это время как по минному полю, на любой чих дочки реагировала. Но слава богу обошлось. В короткое время решили дела с отъездом и работой. Да, такое бывает. Быстрота решений в отношении дочери мгновенная, решения принимаю окончательно и бесповоротно.
Дочь всю дорогу вертит головой, а потом засыпает в машине и спит всю ночь изредка просыпаясь. Я и сама без конца носом клюю. Доезжаем быстро и без приключений. В кои-то веки дорога пустынна, добрались без пробок.
Город встречает нас прохладой. Настроение чуточку повышается от бескрайнего моря, на которое смотрим безотрывно. Дочь радуется и взвизгивает от впечатлений, я же только улыбаюсь. Дом Сэма впечатляет своими размерами. У порога нас встречает вышколенная прислуга. Горничная, садовник, няня для Вари и повар.
Э-э-з… Я не ожидала. Семен сказал, что домик приспособлен для жизни, но, чтобы так. Это впечатляет, скажу я вам. Особняк утопает в зелени, с боку поблескивает сверкающей водой огромный бассейн. Очень хочется окунуться с дороги прямо сейчас. Немедленно!
- Добро пожаловать в дом, Ирина… – внимательно смотрит женщина.
Киваю, говорю, что можно без отчества. Персонал вежливо называет имена и расходится по своим делам под грозным взглядом экономки. Никакая она не горничная, я перепутала. День насыщен и сложен, мы кушаем, едим и отправляемся отдыхать.
Просыпаюсь уже в сумерках, дочь дрыхнет, как сурок. Поправляю одеяло и выхожу во двор. Присаживаюсь на шезлонг, потягивая ароматное кофе, сладко жмурюсь. Отписываюсь Семену обо всем. Он в ответ присылает фото цветов и огромное пульсирующее анимационное сердце. Екает внутри, заливает горячим и приторным.
Нет, ерунда. Просто признательна и все. Ничего лишнего.
- Сэм, – решаю поблагодарить лично. – Спасибо. Не знаю, что бы делала без тебя.
- Смеешься? Что бы я без тебя делал, Ир. Ты мой незаменимый работник.
- Шкуродёр ты, Сэм.