Читаем Реквием линкору «Тирпиц» полностью

С берега на остов корабля смотрели рыбаки и крестьяне. На нем продолжали работу спасательные команды. Жители пожимали плечами, глядя друг на друга с улыбкой. Один из них, крестьянин Ханс Эриксен, высказал вслух то, о чем другие думали:

— Когда они отсюда уйдут, все снова будет принадлежать нам…

Эриксен вместе с Харальдом Кьелстропом впоследствии первыми проникли внутрь остова «Тирпица», где наткнулись на десятки трупов, и начали производить «демонтаж» оборудования на собственный страх и риск. После окончания войны норвежские патриоты образовали товарищество, которое, заплатив правительству 100 000 крон, стало владельцем останков корабля. Товарищество начало разбирать на части машины и турбины и резать автогеном орудия, снарядные подъемники, палубы и переходы. Громадное количество металла было доставлено в Кристиансунн, и значительная его часть продана в Германию. Одни только электрические кабели были целым состоянием!

Работы эти были, однако, небезопасными. Металлические детали были обильно смазаны маслом, которое часто воспламенялось от автогена. Кроме того, надо было разряжать снаряды.

Для этой цели норвежцы пригласили бывшего флотского лейтенанта Роланда Хаше, в свое время служившего на «Тирпице».

В одном из машинных отсеков норвежцы обнаружили картину, написанную каким-то матросом на стене. На ней был изображен «Тирпиц». Рядом с ним виднелась всплывшая подводная лодка, а под военно-морским флагом написано: «Против Англии!»

Норвежцы вырезали кусок стены вместе с картиной и подарили ее Тайту и его подчиненным. Английский эсминец, побывавший в Тромсё, взял этот «сувенир», весивший 300 килограммов, на борт.

Ныне от «Тирпица» ничего не осталось. Леннарт Нильсон написал в своей статье в журнале «Иллюстрейтед» в июле 1949 года:

«Немцы отказывали себе в масле, чтобы построить „Тирпиц“. Норвежцы же хорошо знали, с какой стороны их хлеб был намазан маслом».

Всю ночь с 12 на 13 ноября 1944 годакапитан-лейтенант Зоммер продолжал спасательные работы. Назавтра в полдень переодевшийся Бернштайн снова появился у него.

— В тринадцатом отсеке по правому борту находится группа людей из семнадцати человек, — сказал ему Зоммер. — Помещение это герметично закрыто, и вода туда не поступает, но оно находится под водой. Мне удалось связаться с ними по внутреннему телефону.

— Знаете ли вы, кто эти люди?

— Меттеганг, Штурм, Дикман… Мы записали их имена. Для их спасения необходимо оборудование, которого у нас нет. Так что ничего поделать не можем.

Остермайер, хорошо знавший «Тирпиц» — он находился на корабле с тех пор, как его спустили на воду, — тоже возвратился к спасателям, которые работали без отдыха. Спустившись внутрь корпуса, они пробирались даже по переходам, залитым водой, всюду натыкаясь на трупы. От ремонтного судна «Ноймарк», прибывшего довольно поздно, толку было мало. В полдень еще слышались стуки. К этому времени была спасена еще группа в количестве шести человек, один из которых был на грани помешательства и не хотел покидать корабль. Эти шестеро были последними.

В общей сложности Зоммер со своимилюдьми освободили из заточения в корпусе корабля 87 человек.

Спасательные работы продолжались до среды, 15 ноября, но извлекались уже только трупы людей, умерших от удушья или утонувших. Таких оказалось 165. Все они были похоронены с воинскими почестями на кладбище Тромсё.

Тогда же был подведен итог. Из 1700 человек команды «Тирпица» 12 ноября 1944 года,когда корабль был подвергнут бомбардировке, примерно 100 человек находились на берегу в различных командировках или увольнении, около 650 человек спаслись и 950 погибли.

В составе своих подразделений во главе с офицерами оставшиеся в живых люди были направлены в Германию через Норвегию и Данию. В подавленном состоянии, молча, они покидали Тромсё под ироничными или наигранно безразличными взглядами норвежцев.

В Осло в районе вокзала подразделение во главе с Бернштайном столкнулось нос к носу с группой бывших моряков «Тирпица» — около двадцати человек. Один из них вздрогнул от неожиданности, увидев Бернштайна.

— Это ты, Кённеке? — произнес удивленно Бернштайн. — Ты же ведь считался погибшим!

Матрос что-то пробормотал, умоляюще глядя на офицера.

«Да, я жив, — можно было прочитать в его глазах, — потому что не находился тогда на своем посту под бронепалубой, но никому, пожалуйста, ничего об этом не говорите…»

Бернштайн отошел от него. Этот человек спасся буквально чудом, но его следовало бы судить военным трибуналом…

В Копенгагене они встретились с другой группой моряков с «Тирпица». Они относились к числу персонала, списанного на берег еще до авианалета на корабль. Возбужденно обступили они Бернштайна и его людей и засыпали вопросами.

— Так то, что сообщала Би-би-си, правда? — спросил один из машинистов.

— А что передавала Би-би-си?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Советского Союза
Адмирал Советского Союза

Николай Герасимович Кузнецов – адмирал Флота Советского Союза, один из тех, кому мы обязаны победой в Великой Отечественной войне. В 1939 г., по личному указанию Сталина, 34-летний Кузнецов был назначен народным комиссаром ВМФ СССР. Во время войны он входил в Ставку Верховного Главнокомандования, оперативно и энергично руководил флотом. За свои выдающиеся заслуги Н.Г. Кузнецов получил высшее воинское звание на флоте и стал Героем Советского Союза.В своей книге Н.Г. Кузнецов рассказывает о своем боевом пути начиная от Гражданской войны в Испании до окончательного разгрома гитлеровской Германии и поражения милитаристской Японии. Оборона Ханко, Либавы, Таллина, Одессы, Севастополя, Москвы, Ленинграда, Сталинграда, крупнейшие операции флотов на Севере, Балтике и Черном море – все это есть в книге легендарного советского адмирала. Кроме того, он вспоминает о своих встречах с высшими государственными, партийными и военными руководителями СССР, рассказывает о методах и стиле работы И.В. Сталина, Г.К. Жукова и многих других известных деятелей своего времени.Воспоминания впервые выходят в полном виде, ранее они никогда не издавались под одной обложкой.

Николай Герасимович Кузнецов

Биографии и Мемуары
100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии