Читаем Религиозные практики в современной России полностью

5 По мнению организаторов, самой большой была ярмарка «Рождественский дар», проведенная в 2003 году в Москве на ВВЦ. На нее собралось более 470 участников, и в течение одной недели ярмарку посетили около ста тысяч человек. Стало традиционным проводить большие ярмарки перед Рождеством и в дни Пасхи. Организуются и специализированные ярмарки, посвященные, например, православной литературе. На ярмарку «Торжество Православия» собирается до сорока православных издательств. Ярмарка «Постная трапеза» проводится в дни Великого поста. Основанию Свято-Данииловского монастыря посвящена ярмарка «По заветам Князя Даниила». Традиционной в Санкт-Петербурге стала зимняя ярмарка «Православная Русь». Также организуются православные ярмарки в Киеве и Минске, а недавно стали появляться и региональные православные ярмарки в Нижнем Новгороде, Воронеже, Новосибирске, Оренбурге, Нежине (Черниговская область).

6 Ковер с изображением Богородицы был привезен Анастасовым монастырем, Тула. Платки с изображением иконы св. Василия Праведного предлагались Покровско-Васильевским монастырем, Павловский Посад (Рождественская ярмарка, Москва, 2003).

7 Представлено церковной лавкой при храме Св. вмч. Димитрия Солунского на Благуше, Москва.

8 См. приложение к настоящей статье.

9 Лавка Мурманской епархии, Свято-Никольская церковь, поселок Видяево. Ярмарка «Православная Русь», 2004.

10 Московский храм Софии Премудрости Божией в Средних Садовниках и сестричество из села Лукшино под Нижним Новгородом.

11 Помощь была оказана, например, Анастасову монастырю Рождества Богородицы из Тулы. Московская кондитерская фирма помогала храму из села Шкинь, Московская область.

12 Швейная артель организована, например, при мужском монастыре и храме Святой Троицы, село Язвище, г. Волоколамск. Мастерские по плетению корзин, сбору трав, прядению и вязке из шерсти работают при Казанско-Богородицком мужском Жадовском монастыре, Ульяновская область.

13 Пустынь Спаса Нерукотворного, село Клыково.

14 Об этом свидетельствуют, в частности, данные полевых исследований, обобщенные в труде М.М. Громыко и А.В. Буганова «О воззрениях русского народа» (М.: Паломник, 2000. С. 54–73). Любопытные исторические сведения о набожности русского народа собраны также в монографии А.П. Доброклонского «Руководство по истории Русской Церкви» (М.: Крутицкое подворье, 2001. С. 230–240).

15 Горнальский мужской монастырь, Курская область. Рождественская ярмарка, декабрь 2003.

16 На ярмарке в Нижнем Новгороде была выделена площадь для совершения молебнов. Отдельно от торговых рядов размещалась икона Серафима Саровского, его прижизненный портрет. На московских ярмарках на ВВЦ сооружалась даже специальная часовня, украшенная иконами и портретами российских патриархов

17 Храм Девяти Мучеников Кизических, Москва.

18 Близость эта, естественно, не принципиальна, но зависима от обстоятельств, наличия свободного пространства.

19 Из беседы с иеромонахом Пахомием из Свято-Троицкого Антониево-Сийского монастыря (Архангельская область) во время ярмарки в Нижнем Новгороде (август 2003 года).

20 Некоторые результаты исследования приведены в конце статьи.

Михаил Рощин

Религиозные практики современного суфизма в Дагестане

(заметки полевого исследователя)

Посвящается Джульетте Месхидзе

Дагестан на Северном Кавказе издавна славился своей религиозностью. До революции 1917 года в Дагестане было свыше 1700 квартальных мечетей и 356 соборных мечетей, действовало 766 школ-медресе, в которых работало более 2500 мулл-кадиев1. В годы советской власти подавляющее большинство мечетей было закрыто, многие мусульманские ученые-алимы репрессированы, а преподавание арабского языка запрещено.

В 1970-1980-х годах произошло определенное оживление религиозной жизни. В 1987 году на территории Дагестана официально действовало 27 мечетей2. Но то, что случилось в 1990-х годах, иначе как религиозным ренессансом назвать нельзя: по всему Дагестану восстанавливались мусульманские общины (джамааты), строились или ремонтировались мечети, открывались мусульманские медресе, институты и университеты. К сентябрю 2003 года в Республике Дагестан было зарегистрировано 1091 соборных мечетей, 558 квартальных мечетей, 16 исламских вузов и университетов, 52 филиала вузов, 141 медресе, 324 примечетные школы3.

Большинство дагестанских мусульман исповедует традиционный суннитский ислам шафиитского толка. Местный ислам глубоко воспринял суфизм, который распространен сегодня в Дагестане в виде четырех тарикатов: накшбандия, шазилия, джазулия (ответвление братства шазилия) и кадирия.

Перейти на страницу:

Все книги серии Новые материалы и исследования по истории русской культуры

Русская литература и медицина: Тело, предписания, социальная практика
Русская литература и медицина: Тело, предписания, социальная практика

Сборник составлен по материалам международной конференции «Медицина и русская литература: эстетика, этика, тело» (9–11 октября 2003 г.), организованной отделением славистики Констанцского университета (Германия) и посвященной сосуществованию художественной литературы и медицины — роли литературной риторики в репрезентации медицинской тематики и влиянию медицины на риторические и текстуальные техники художественного творчества. В центре внимания авторов статей — репрезентация медицинского знания в русской литературе XVIII–XX веков, риторика и нарративные структуры медицинского дискурса; эстетические проблемы телесной девиантности и канона; коммуникативные модели и формы медико-литературной «терапии», тематизированной в хрестоматийных и нехрестоматийных текстах о взаимоотношениях врачей и «читающих» пациентов.

Александр А. Панченко , Виктор Куперман , Елена Смилянская , Наталья А. Фатеева , Татьяна Дашкова

Культурология / Литературоведение / Медицина / Образование и наука
Память о блокаде
Память о блокаде

Настоящее издание представляет результаты исследовательских проектов Центра устной истории Европейского университета в Санкт-Петербурге «Блокада в судьбах и памяти ленинградцев» и «Блокада Ленинграда в коллективной и индивидуальной памяти жителей города» (2001–2003), посвященных анализу образа ленинградской блокады в общественном сознании жителей Ленинграда послевоенной эпохи. Исследования индивидуальной и коллективной памяти о блокаде сопровождает публикация интервью с блокадниками и ленинградцами более молодого поколения, родители или близкие родственники которых находились в блокадном городе.

авторов Коллектив , Виктория Календарова , Влада Баранова , Илья Утехин , Николай Ломагин , Ольга Русинова

Биографии и Мемуары / Военная документалистика и аналитика / История / Проза / Военная проза / Военная документалистика / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное

Похожие книги