17
Такой подход к ренессансу и можно назвать определением его как «органического» стиля (см. прим. 13). В произведении подобного стиля каждая деталь и форма целого объединены одной закономерностью. И именно здесь проявляется главное сходство между созданием художественного произведения и тем образованием отдельных частей организма, которое имеет место в природе. Соразмерность детали и целого и требование подражания законам естественного формообразования — характерные положения эстетики, которую в применении к XIX веку можно назвать морфологической. См. также в конце главы «Движение» — вёльфлиновское изложение теоретических рассуждений Альберти.18
Уподобление искусства растению характерно для И. И. Винкельмана. Искусство с его естественным возникновением, развитием и упадком, впрочем, такое же растение, что и сам человек, культура в целом, рост духа и так далее. Метафоры этого рода возникают у Винкельмана главным образом в связи с вопросом о благотворном или неблаготворном для роста и расцвета чего-либо19
Витая колонна у Виньолы — см. лист XXXI и комментарий к нему20
«Мадонна ди Фолиньо» — 1511/1512 г., Ватикан, Пинакотека.21
22
См. выше — прим. 13, 17.23
Алъберти. Указ. соч. Т. I. Кн. IX. Гл. V. С. 320.24
Там же. Т. I. Кн. VI. Гл. V. С. 186.25
Там же. Т. I. Кн. IX. Гл. V. С. 318.26
Это рассуждение Альберти — в письме к Маттео Пасти (там же. Т. II. С. 65).27
Витрувий цитируется по следующему изданию:28
Еще одна цитата из труда Альберти, более полно она выглядит так: «…редко, когда даже самой природе дано произвести на свет что-нибудь вполне законченное и во всех отношениях совершенное» (Т. I. Кн. VI. Гл. II. С. 178).29
у Альберти это слова Пифагора (Т. I. Кн. IX. Гл. V. С. 321).30
Диссертация Вёльфлина была опубликована в 1946 году (Базель).31
Одна из названных Вёльфлином книг Г. Лотце была переведена на русский язык:32
Основой для этого и близких к нему высказываний Вёльфлина в «Ренессансе и барокко» служат суждения о прямой соразмерности человеческого тела и здания, соответствия его частей частям тела живого существа (человека) и т. п., которые можно найти как у античных авторов, так и у Альберти и Вазари. Вёльфлин вносит в эту старую концепцию психологический элемент и говорит уже о своего рода архитектурной мимике и о сопереживании. Во всем тексте «Ренессанса и барокко» можно наблюдать акцентирование тех архитектурных терминов, которые напоминают об аналогии «здание — человеческое тело».33
В связи с этим «Всеобщее», или же «основное, настроение» (Grundstimmung), «дух» той или иной эпохи, которое ответственно за все ее проявления, включая архитектурный стиль, можно истолковывать как всеобщее представление об идее человека.34
Вёльфлин ссылается на незавершенный труд Г. Земпера «Der Stil in technischen und tektonischen Kunsten…», вышедший в Двух частях в 1861–1863 годах. В этой книге автор исследовал проблему органического в применении к художественной форме и стилям.35
«Рабы» в росписи Сикстинской капеллы — сидящие мужские фигуры над сивиллами и пророками.36
Вёльфлин вновь обращается к сообщениям Вазари. Описывая «Страшный суд», созданный другим художником по подготовительным наброскам Микеланджело, Вазари обнаруживал «нечто ужасающее и разнообразное в движениях и группах обнаженных тел»37
38
Вёльфлин имеет в виду картину «Св. Цецилия», находящуюся в болонской Пинакотеке.