Вернувшись, Мария учится и работает переводчицей. Но с началом Великой Отечественной войны идет работать простой санитаркой в один из ленинградских госпиталей. Убирает, моет полы, перевязывает и утешает раненых. Иногда тихонько поет, а вернее, рассказывает им любимые песни. Знакомый режиссер Леонид Трауберг, услышав об этой истории, берет ее за основу фильма под названием «Актриса», созданного в 1943 году.
Сценарий киноленты таков: известная актриса оперетты, посчитав, что в годы войны ее профессия неуместна, решила оставить музыку. Но желание услышать песню на фронте, в тылу и в госпиталях оказалось для многих естественным и необходимым, а для певицы — стало открытием.
Актриса возвращается в театр.
В главных ролях играли такие мастера кино, как Галина Сергеева и Борис Бабочкин.
Но вот окончилась война.
Мария возвратилась к любимому делу — языкам и несколько лет проработала референтом-переводчиком в Посольстве СССР в Колумбии. В этой стране она подружилась с 1-м секретарем посольства, который был одновременно и резидентом военной разведки.
В 1948 году, после разрыва дипломатических отношений между СССР и Колумбией, Мария вернулась в Ленинград, где защитила диссертацию на степень кандидата философских наук. Она была уже сорокачетырехлетней, когда ей предложили работу в военной разведке. В пользу этого говорили знание языков, опыт работы за рубежом, умение применяться и приноравливаться к любой обстановке. Мария дала согласие…
С 1951 года работала в кадрах разведотдела Ленинградского военного округа, затем — в Главном разведывательном управлении Генштаба ВС СССР. После окончания курсов она получила легенду, иностранный паспорт, новое имя — Глен Марреро Подцески и, естественно, псевдоним — «Мэйси».
Вскоре американка Подцески, сменив несколько паспортов, через Вену добралась до Парижа. Там ей предстояло овладеть новой профессией. Она поступила в институт косметики Пьеторо и успешно закончила его. Получив диплом, вернулась в Москву, где завершила подготовку к работе в качестве нелегала в Соединенных Штатах.
В служебной характеристике Добровой есть такие слова:
В начале 1954 года в Нью-Йорке появилась гражданка США Глен Марреро Подцески, вдова, собирающаяся открыть на небольшие сбережения, оставшиеся после смерти мужа, косметический кабинет. Она становится сотрудницей резидентуры «Рубин».
В июле того же года состоялась встреча с ее новым руководителем, — резидентом Кларенс Френсис Хиски (С.П. Лебедев) — псевдоним «Эскулап». Френсис был одним из ценнейших агентов советской военной разведки в Соединенных Штатах. Он получал материалы по широкому спектру
НИОКР: о ходе разработок в США новых типов отравляющих веществ, отчеты о влиянии их на человеческий организм, а также образцы индивидуальных средств защиты. Сообщил о том, что из американских научных журналов исчезли публикации об урановых разработках. Он внезапно из этого делает вывод, что теория кончена, началась, очевидно, стадия практического применения этого перспективного научного направления.
Москва высоко оценила эту информацию.
На встрече Френсис дал Подцески несколько практических советов:
— В ближайшие два-три года оперативными делами не занимайтесь, — говорил он. — Ваша основная задача — прочная легализация в Нью-Йорке. Следует по свидетельству о рождении получить настоящий американский заграничный паспорт и американский диплом косметолога, так как французский диплом здесь недействителен, хотя и может служить хорошей рекомендацией для обучения в США.
Изучите юридические, финансовые и налоговые условия открытия собственного бизнеса. Центр обеспечит оплату учебы. Ведите обычный светский образ жизни женщины, сохранившей деньги после смерти мужа. Чаще бывайте в престижных салонах красоты, заводите знакомства с женами солидных деловых людей и политических деятелей, особенно с теми, кто впоследствии может стать вашим клиентом и представить интерес для нас. Но своим поведением вы не должны вызывать ни малейшего подозрения.
«Мэйси» добросовестно и умело выполнила все указания. В ноябре 1956 года она получила американский диплом и лицензию на открытие салона. Вскоре в одной из нью-йоркских газет в трех номерах подряд появилось рекламное объявление об открытии нового салона. Троекратное повторение означало, что у нее все в порядке и она приступила к работе.