Читаем Россия, которую потерял Бушков и присвоил Акунин. (СИ) полностью

И сравните этого парня с Акуниным - Чхартишвили. Как говорится разница на лицо. Бушков в расцвете своем был настолько же полным антиподом образцового советского писателя, насколько Акунин, рафинированный интеллигент был антиподом ему самому. В целом атмосфера романов и повестей Акунина неагрессивна, несмотря множество убийств. В этом видится многим сплошной плюс и явно положительная тенденция в русской беллетристике, ведь между детективом и боевиком до Акунина можно было (с большой вероятностью оказаться правым) поставить равенство. А детектив Бушкова был просто сверхбоевиком. Так же Фандорин не в пример героям и героиням Бушкова предельно аккуратен в общении со слабым полом. Секс в данной серии книг Акуниным вообще отдан на откуп слуге японцу. Вроде как не царское это дело. Ничего не поделаешь, господин Фандорин. Это диалектика. Такова жизнь, раз нельзя без оного, то нужно в любом случае сделать всё наиболее отличным от устоявшегося порядка вещей способом. Ровно так же полным антиподом мира вора в законе Горе, разнузданного, разбитного и волевого, в который был влюблен простой народ, стала пряничная страна Фандорина, донельзя логичного счастливчика, победителя во всех спорах и играх у всех априори. И народ постепенно влюбился в эту сказочную страну. Две параллельные реальности столкнулись, и воровской мир оказался вытесненным из жизни, из главной её повестки дня. Вместо героя вора в стране к власти приходит герой «акунин», по словам одного из литературных героев Чхартишвили (в романе «Алмазная колесница»), переводится как «негодяй, злодей», но исполинских масштабов, другими словами, выдающаяся личность, стоящая на стороне зла. Место воришки, руки у которого были по локоть в крови, но, несмотря на это воспринимавшегося долгое время, как некое добро, (Ельцин) занял отныне подлинный исполин злодейства, чистый и неподкупный, но при этом вызывающий страх (Путин). Собственно в мире Путин так и воспринимается ныне, как «акунин», как исполинская фигура, стоящая на стороне зла. С приходом Путина многое изменилось. Пришли иные времена, в которых получили возможность продвинуться иные персонажи. Но это уже немножко другая история.




Заключение.




Я вначале планировал сделать материал значительно более объемным, но по ходу работы над статьей пришел к выводу, что этого делать не следует. Резюмирую. Сочинять эпохи можно. Но делать это нужно крайне осторожно. А рассматриваемую тему, если будет это угодно небу, продолжу в другой статье.






Перейти на страницу:

Похожие книги

12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Оскар Уайльд , Педро Кальдерон , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги
Адриан Моул и оружие массового поражения
Адриан Моул и оружие массового поражения

Адриан Моул возвращается! Фаны знаменитого недотепы по всему миру ликуют – Сью Таунсенд решилась-таки написать еще одну книгу "Дневников Адриана Моула".Адриану уже 34, он вполне взрослый и солидный человек, отец двух детей и владелец пентхауса в модном районе на берегу канала. Но жизнь его по-прежнему полна невыносимых мук. Новенький пентхаус не радует, поскольку в карманах Адриана зияет огромная брешь, пробитая кредитом. За дверью квартиры подкарауливает семейство лебедей с явным намерением откусить Адриану руку. А по городу рыскает кошмарное создание по имени Маргаритка с одной-единственной целью – надеть на палец Адриана обручальное кольцо. Не радует Адриана и общественная жизнь. Его кумир Тони Блэр на пару с приятелем Бушем развязал войну в Ираке, а Адриан так хотел понежиться на ласковом ближневосточном солнышке. Адриан и в новой книге – все тот же романтик, тоскующий по лучшему, совершенному миру, а Сью Таунсенд остается самым душевным и ироничным писателем в современной английской литературе. Можно с абсолютной уверенностью говорить, что Адриан Моул – самый успешный комический герой последней четверти века, и что самое поразительное – свой пьедестал он не собирается никому уступать.

Сьюзан Таунсенд , Сью Таунсенд

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее / Современная проза