Таким образом, предметы третьего отделения представляются в следующем виде:
Основания прав гражданских, всем подданным общих.
Права политические, присвояемые разным состояниям:
1. в составлении закона;
2. в исполнении его.
В сих трех отделениях должны содержаться все существенные части государственного устройства. Началами, в них постановленными, силы государственные во всех отношениях должны быть измерены, между собою уравновешены и составлены.
Но в сем составе действовать они еще не могут: им должно иметь органы действия, потребны установления, кои бы приводили их в действительное упражнение.
Сие ведет к четвертому отделению коренных законов, к законам органическим.
От троякого свойства сил государственных возникает троякий порядок их действия и, следовательно, три главные установления: законодательное, судное и исполнительное.
Все сии установления соединяются в державной власти, яко в первом и верховном их начале.
Но каким образом власть державная должна действовать на сие установление?
По разнообразию их, пространству и многосложности их предметов нельзя предполагать, чтобы лицо державное, само собой и непосредственно на них действуя, могло сохранить с точностью их пределы и во всех случаях сообразить все различные их отношения. Посему надлежит быть особенному месту, где бы начальные их правила и действия были единообразно соображаемы.
Отсюда происходит необходимость четвёртого установления, в коем бы три предыдущие во всех их отношениях к державной власти сливались воедино и в сем единстве восходили бы к верховному ее утверждению.
Посему четвёртое отделение будет иметь следующий вид:
Сюда принадлежит устройство первоначальных, средних и высшего законодательного сословия, образ их действия, их образы и прочее.
Сюда принадлежит устройство верховного суда и постепенностей, от него зависящих.
Сюда принадлежит устройство министерств и назначение мест, от них зависящих.
В сем состоят все главные предметы, существенно входящие в состав коренных государственных законов.
Сравнивая сие распределение со всеми известными конституциями, нельзя не приметить, что все его части столь естественно связаны между собой, что ни одной из них нельзя исторгнуть из своего места, не разрушив целого, и что все они держатся на одном начале.
Преимущество сие весьма легко изъясняется. Конституции во всех почти государствах устрояемы были в разные времена, отрывками, и по большей части среди жестоких политических превращений.
Российская конституция одолжена будет бытием своим не воспалению страстей и крайности обстоятельств, но благодетельному вдохновению верховной власти, которая, устроив политическое бытие своего народа, может и иметь все способы дать ему самые правильные формы.
Царства земные имеют свои эпохи величия и упадка, и в каждой эпохе образ правления должен быть соразмерен той степени гражданского образования, на коей стоит государство. Каждый раз, когда образ правления отстает или предваряет эту степень, он испровергается с большим или меньшим потрясением.
Сим вообще изъясняются политические превращения, кои в древние времена и во дни наши прилагали и изменяли порядок правлений.
Сим изъясняются также и те неудачи, коими нередко были сопровождаемы самые благотворные усилия политических перемен, когда образование гражданское не приуготовило еще к ним разум.
Итак, время есть первое начало и источник всех политических обновлений. Никакое правительство, с духом времени не сообразное, против всемощного его действия устоять не может.
Посему первый и главный вопрос, который в самом преддверии всех политических перемен разрешить должно, есть благовременность их начинаний.
История государственных перемен и настоящее положение нашего отечества представляют к разрешению сего вопроса следующие истины.
Три великие системы издревле разделяли политический мир: система республик, система феодальная и система деспотическая.
Первая под разными именованиями и формами имела то отличительное свойство, что власть державная умерялась в законом, в составе коего граждане более или менее участвовали.
Алла Робертовна Швандерова , Анатолий Борисович Венгеров , Валерий Кулиевич Цечоев , Михаил Борисович Смоленский , Сергей Сергеевич Алексеев
Государство и право / Юриспруденция / Учебники и пособия / Прочая научная литература / Образование и наука / Детская образовательная литература