Читаем Роза Бертен. Кутюрье Марии Антуанетты полностью

Сразу по окончании первых приемов она решила вернуться к панье, как в былые времена в Версале. Сторонникам монархии в этот период приходилось заново отвоевывать утраченные позиции, и столь серьезная забота в подобный момент о длине бород и высоте мантилий удивляла. Нужен был главный исполнитель, чтобы изготовить этот новый придворный наряд. Возможно, поэтому Людовик XVIII и королевская семья потребовали разузнать о мадемуазель Бертен, а узнав, что она умерла уже полгода тому назад, «публично высказали свое сожаление». Герцогиня немедленно отказалась возвращать панье для придворных дам, потому что «восстание было всеобщим», и обратилась к Луи Ипполиту Леруа.

Но это уже совсем другая история.

Благодарности

Выражаю дружескую признательность Пьедад де Сильвьера — за помощь в работе над книгой, поддержку и советы, и Мишель Лорен, открывшую мне свои личные архивы.


Перейти на страницу:

Все книги серии Mémoires de la mode от Александра Васильева

Тайны парижских манекенщиц
Тайны парижских манекенщиц

Из всех женских профессий – профессия манекенщицы в сегодняшней России, на наш взгляд – самая манящая для юных созданий. Тысячи, сотни тысяч юных дев, живущих в больших и малых городках бескрайней России, думают всерьез о подобной карьере. Пределом мечтаний многих бывает победа на конкурсе красоты, контракт с маленьким модельным агентством. Ну а потом?Блистательные мемуары знаменитых парижских манекенщиц середины ХХ века Пралин и Фредди станут гидом, настольной книгой для тех, кто мечтал о подобной карьере, но не сделал ее; для тех, кто мыслил себя красавицей, но не был оценен по заслугам; для тех, кто мечтал жить в Париже, но не сумел; и для всех, кто любит моду! Ее тайны, загадки, закулисье этой гламурной индустрии, которую французы окрестили haute couture.

Пралин , Фредди

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература

Похожие книги

Актерская книга
Актерская книга

"Для чего наш брат актер пишет мемуарные книги?" — задается вопросом Михаил Козаков и отвечает себе и другим так, как он понимает и чувствует: "Если что-либо пережитое не сыграно, не поставлено, не охвачено хотя бы на страницах дневника, оно как бы и не существовало вовсе. А так как актер профессия зависимая, зависящая от пьесы, сценария, денег на фильм или спектакль, то некоторым из нас ничего не остается, как писать: кто, что и как умеет. Доиграть несыгранное, поставить ненаписанное, пропеть, прохрипеть, проорать, прошептать, продумать, переболеть, освободиться от боли". Козаков написал книгу-воспоминание, книгу-размышление, книгу-исповедь. Автор порою очень резок в своих суждениях, порою ядовито саркастичен, порою щемяще беззащитен, порою весьма спорен. Но всегда безоговорочно искренен.

Михаил Михайлович Козаков

Биографии и Мемуары / Документальное