Глава 12. С оккультизмом стоит завязывать: когда на рынке ты объясняешь цыганкам, кто такая шувани*!
- Кровояч – протянул Уво – Он даже за Высшую Нежить не во всех учебниках и числиться. К тому же нас было пятеро. Вполне достаточно для него. Одна ты твердила как заведенная, что это плохая идея. Но мы шутили и были уверены, что справимся.
Уво ко мне не поворачивался так и стоял спиной глядя в окно. Я молчала. Не хотела возражать, мне было важно дать ему высказаться. Я тогда тоже не пожелала слушать его. Решила, что если он не слышит меня? То почему я должна? Теперь я хочу слушать, хотя мне всё равно, кажется, что это не поможет. Легче ни ему, ни мне не станет.
- Ральф смеялся, что ты после замужества стала превращаться в наседку. Он пел песни и слагал баллады в твою честь, восхваляя твою красоту и ум. Я завидовал ему. У меня никогда не получалось писать стихи так как он это делал. Хотя пробовал. Впрочем, стихи в юности многие пробуют писать. Только вот получается только у таких как Ральф. А ты смеялась и хвалила его. А мне казалось, что я и двух слов не могу связать, что бы объяснить тебе как я люблю тебя.
- Он был очень талантлив – подала голос я – И я знала, что ты любишь меня.
- Да. Когда мы узнали о Кровояче, то он снова сочинил балладу. Что могила юного пажа твоей красоты усыпана розами, так «приди же О, Роза, и урони слезу на могилу». Что-то такое – в его голосе послышалась теплота.
- Это было глупо. Всем известно, что розы не могут остановить вампира. Даже такого мелкого как Кровояч. Это очередная красивая сказка – ответила я.
-Да. Самое важное слово тут – «красивая». И та баллада была красивой. Ральф пел ее. Ты смеялась. Ханк и Хейк подпевали. Ни у того ни у другого голоса не было. Они и в этом были похожи. Ты знала, что только ты могла их различить? – спросил Уво.
- Это не так, Уво. Да близнецы всегда похожи, но не идентичны. Я просто тренировала всё время наблюдательность. Это особенность всех гадалок. Нас этому учат с детства. Поэтому и различала. А вам это было не нужно, вот братья вас и дурачили. Но уверена, что вот, например Леон никогда бы не ошибся, если бы взял их в команду. Так что нет. Я не была единственной – ответила я.
- Кто тогда притащил новость о Кровояче? – не оборачиваясь, спросил он.
- Ханк. Он был пронырливее Хейка. Тот был во всем слабее. И в магии, и в силе, и в ловкости, и в пронырливости тоже – ответила я не задумываясь.
Те события, крепко в печатались в мою память, и я хотела бы забыть, но никогда не смогу.