И началась для Тмутаракани другая жизнь. Новый князь никуда из нее уходить не собирался, а решил сделать ее своей вотчиной, чтобы завещать детям и внукам. Ростислав понимал, каким злом является существующий на Руси порядок наследования уделов не по прямой линии, от отца к сыну, а от брата к брату. Поскольку сам с лихвой нахлебался этого счастья. Отсюда его действия и дальнейшие планы на будущее. Ведь как только Ростислав здесь закрепится окончательно, то никто и никогда его отсюда не выбьет, поскольку полкам от Руси до Тмутаракани топать и топать, а брать город долгой осадой тоже бессмысленно – нужен флот и масса времени. А это князья вряд ли себе могут позволить, поскольку в степях появился новый опасный враг – половцы.
Начал молодой правитель очень хорошо: «Ростислав, сын Владимиров, князь Владимира и Червени, брал дань от косогов и ясов и от иных стран» (
«Сего убоявшеся грецы», – сообщает Пискаревский летописец. Эту же информацию подтверждают все остальные летописные своды, которые ведут рассказ об этих драматических событиях. И это в самом начале правления, а что же будет дальше? А дальше вывод напрашивается простой: как только Ростислав почувствует себя достаточно сильным, он одним ударом прихлопнет все владения Империи в Крыму. И не поморщится. Пример князя Владимира Святославича, взявшего Херсонес у Ростислава перед глазами, а из Тмутаракани до этого форпоста Византии в Тавриде рукой подать.
Но силой ромеи ничего уже не могут с Ростиславом сделать, он уже слишком силен, и вооруженный конфликт с ним может привести к самым тяжелым последствиям для Империи в Крыму. В таком случае на первый план выходят хитрость и подлость.
Правители Херсонеса настолько боялись князя Тмутаракани, что, не рискуя встретиться с ним в открытом бою, «обманом подослали к нему котопана. Когда же он пришел к Ростиславу, он вошел к нему в доверие, и чтил его Ростислав. Однажды, когда Ростислав пировал с дружиною своею, котопан сказал: «Князь, хочу выпить за тебя». Тот же ответил: «Пей». Он же отпил половину, а половину дал выпить князю, опустив палец в чашу; а под ногтем был у него яд смертельный, и дал князю, обрекая его на смерть не позднее седьмого дня. Тот выпил, котопан же, вернувшись в Корсунь, поведал там, что именно в этот день умрет Ростислав, как и случилось» (
Правда, бог шельму метит, и шпион-котопан, отравивший князя, от возмездия не ушел. Зря он язык свой распускал, хвастаясь совершенной подлостью, слухи об этом дошли до граждан Херсонеса, а у них был несколько иной взгляд на проблему. Опасаясь мести со стороны русских, они выследили негодяя и насмерть забили камнями. Вот так трагично закончилось столь блестяще начавшееся княжение князя Ростислава, которое могло очень сильно укрепить позиции Руси в этом регионе. Но вмешалась Империя, и все пошло прахом.
Но вернемся к Олегу. Действительно ли все свершилось по воле императора Византии? Или были другие силы, которые оказали влияние на хазар Тмутаракани? На наш взгляд, византийцы лишь частично приложили к этому руку, главным инициатором подобного действа был совсем другой человек. И звали этого человека Всеволод Ярославич, Великий князь киевский.
В том, что Всеволод был очень толковым политиком, мы убедились, когда он сумел договориться с половцами и сорвать амбициозные планы князя Романа. Без пролития крови была решена достаточно сложная проблема. То же самое произошло и с Олегом – идти и осаждать Тмутаракань у киевского князя не было ни малейшего желания, а потому и пустил он в ход проверенное средство – дипломатию. Договориться с тмутараканскими хазарами было не сложно, поскольку деньги всегда являлись для этого народа приоритетом. С другой стороны, князь мог обещать им налоговые послабления и некоторые торговые льготы, а это было более чем достаточно, чтобы стороны договорились. Недаром «Повесть временных лет» отмечает, что после пленения Олега «Всеволод же посадил в Тмутаракани посадником Ратибора». А для хазар это означало одно – князь свои обещания выполнит.