Читаем Русская Финляндия полностью

Но в то же время в Карелии все финны видят свои корни, истоки традиций и хранилище этих старых культурных традиций, которые исчезли на остальной территории страны. Ведь именно в Карелии – российской и финской – Элиас Леннрот собрал руны, из которых затем составил единый эпос «Калевала», почитаемый в Финляндии наравне с Библией. Так что Карелия для финнов – причем вся, в ее прежних исторических пределах, а не поделенная государственной границей – это некая ностальгия, мечта о прошлом. И ко всему карельскому в Финляндии относятся очень трепетно.

А между тем «наша» и финская Карелия по-прежнему очень похожи, ведь корни-то у живущих там людей – общие.

…Если ехать вдоль восточных берегов Саймы на север от Иматры, в сторону Савонлинны и Йоэнсуу, проезжаешь местечко Париккала. Там, на горке у шоссе, зажатом между Саймой и нынешней российской границей, стоит православная часовня. У нее можно стать свидетелем настоящих православных праздников с крестным ходом, которые зовутся здесь «праасниекка». Еще севернее, к востоку от Йоэнсуу, таким же православным центром является местечко Тохмаярви, где, если бы не финская речь, кажется, что оказался в «нашем» карельском селе.

Но, наверное, самый любопытный памятник сельских карельских традиций в современной Финляндии можно найти в городке Нурмес, который лежит у северной оконечности большого озера Пиелинен. В путеводителях его обычно именуют «городом березовых аллей».

Но помимо березовых аллей Нурмес еще известен своей «Бомбой». Нет, ничего милитаристского или военного в городке нет. Просто созвучие названий. Хотя, пусть и опосредованная, но связь с военными годами у комплекса, носящего это имя, есть.


Часовня в Париккала в честь Святителей, учителей Карельских


Название «Бомба» носит курортный центр, который вырос на берегу озера Пиелинен. Центр этот,   как   и   на   первый взгляд его название, весьма необычен: здесь воссоздана целая старинная карельская деревня, наподобие тех, что стояли некогда в районе Суоярви, до 1940 года финской территории. Выросла она вокруг огромного дома, сооруженного в 1855 году крестьянином Егором Бомбиным для своего сына Дмитрия. Дом этот простоял до 1930-х годов, а спустя сорок лет его возродили на новом месте, дав усеченное имя его владельца всей деревне.


Резные детали фасадов расписаны разными цветами


Дом, как и многие традиционные постройки Карелии, поистине огромен. Ведь под одной крышей было «собрано» пятнадцать различных помещений – не только жилых, но и хозяйственных! Поэтому длина дома – 25 метров, ширина – 10.

Традиция возводить такие дома-крепости возникла из-за сурового климата Карелии и прочности семейных связей. Зимой, когда все засыпало снегом, для удобства хозяйства лучше было все «иметь под рукой» – и коровник, и амбар, и склад, и стойло для лошадей. Их пристраивали, а точнее, «встраивали» в жилой дом. А так как карельские семьи были большие, то, когда сын женился и начинал жить самостоятельно, он не съезжал от родителей, а дом просто расширяли, достраивали. И еще карелы очень любили украшать свои дома – и резными причелинами, и декоративными балкончиками под окнами – гульбищами.

Так вот и вырастали такие нарядные дома-крепости, где можно было и крепкой семьей жить, и зиму легче провести.

Только вот в так называемой «шведской» Карелии – той части Карелии, которая входила в состав еще шведской Финляндии, то есть до начала XIX века, дома строили на каменном фундаменте. А в «русской» Карелии, которая никогда не была под шведами, в том же Суоярви, такого не увидишь.

В общем, «Бомба», как и соседние дома, почти ничем не отличается о тех, что разбросаны по деревням российской Карелии и собраны на острове-музее Кижи. Только вот наряднее здесь они, чем в России – резные детали фасадов еще и расписаны разными цветами. Оказалось, и это – не отличие. Просто в России давно уже не подновляли росписи – чистое дерево выглядит как-то благороднее, а может, и руки не доходят, здесь же все сделали так, как было лет семьдесят-восемьдесят назад.

И еще одна деталь – карелы, ближайшие родственники финнов и по языку, и по культуре в отличие от своих западных соседей – православные. В этом в современной Финляндии и есть их главное отличие от подавляющего большинства населения страны. Ну, еще и в языке, точнее не в языке, а в некоторых словах русского происхождения, которые сохранились в карельской лексике.


На окраине Нурмеса выросла настоящая карельская деревня


Постепенно рядом с домом Бомбина выросла целая этнографическая деревня из множества таких же и похожих домов. А по соседству возник и оздоровительный центр – с саунами, бассейнами и прочими развлечениями для поднятия тонуса и бодрости духа. И приезжают сюда не только поправить свое здоровье, но и окунуться в мир старой карельской культуры.

Перейти на страницу:

Все книги серии Русские за границей

Русская Япония
Русская Япония

Русские в Токио, Хакодате, Нагасаки, Кобе, Йокогаме… Как складывались отношения между нашей страной и Страной восходящего солнца на протяжении уже более чем двухсот лет? В основу работы положены материалы из архивов и библиотек России, Японии и США, а также мемуары, опубликованные в XIX веке. Что случилось с первым российским составом консульства? Какова причина первой неофициальной войны между Россией и Японией? Автор не исключает сложные моменты отношений между нашими странами, такие как спор вокруг «северных территорий» и побег советского резидента Ю. А. Растворова в Токио. Вы узнаете интересные факты не только об известных исторических фигурах — Е. В. Путятине, Н. Н. Муравьеве-Амурском, но и о многих незаслуженно забытых россиянах.

Амир Александрович Хисамутдинов

Культурология / История / Образование и наука

Похожие книги

10 мифов о 1941 годе
10 мифов о 1941 годе

Трагедия 1941 года стала главным козырем «либеральных» ревизионистов, профессиональных обличителей и осквернителей советского прошлого, которые ради достижения своих целей не брезгуют ничем — ни подтасовками, ни передергиванием фактов, ни прямой ложью: в их «сенсационных» сочинениях события сознательно искажаются, потери завышаются многократно, слухи и сплетни выдаются за истину в последней инстанции, антисоветские мифы плодятся, как навозные мухи в выгребной яме…Эта книга — лучшее противоядие от «либеральной» лжи. Ведущий отечественный историк, автор бестселлеров «Берия — лучший менеджер XX века» и «Зачем убили Сталина?», не только опровергает самые злобные и бесстыжие антисоветские мифы, не только выводит на чистую воду кликуш и клеветников, но и предлагает собственную убедительную версию причин и обстоятельств трагедии 1941 года.

Сергей Кремлёв

Публицистика / История / Образование и наука
10 заповедей спасения России
10 заповедей спасения России

Как пишет популярный писатель и публицист Сергей Кремлев, «футурологи пытаются предвидеть будущее… Но можно ли предвидеть будущее России? То общество, в котором мы живем сегодня, не устраивает никого, кроме чиновников и кучки нуворишей. Такая Россия народу не нужна. А какая нужна?..»Ответ на этот вопрос содержится в его книге. Прежде всего, он пишет о том, какой вождь нам нужен и какую политику ему следует проводить; затем – по каким законам должна строиться наша жизнь во всех ее проявлениях: в хозяйственной, социальной, культурной сферах. Для того чтобы эти рассуждения не были голословными, автор подкрепляет их примерами из нашего прошлого, из истории России, рассказывает о базисных принципах, на которых «всегда стояла и будет стоять русская земля».Некоторые выводы С. Кремлева, возможно, покажутся читателю спорными, но они открывают широкое поле для дискуссии о будущем нашего государства.

Сергей Кремлёв , Сергей Тарасович Кремлев

Публицистика / Документальное
Дальний остров
Дальний остров

Джонатан Франзен — популярный американский писатель, автор многочисленных книг и эссе. Его роман «Поправки» (2001) имел невероятный успех и завоевал национальную литературную премию «National Book Award» и награду «James Tait Black Memorial Prize». В 2002 году Франзен номинировался на Пулитцеровскую премию. Второй бестселлер Франзена «Свобода» (2011) критики почти единогласно провозгласили первым большим романом XXI века, достойным ответом литературы на вызов 11 сентября и возвращением надежды на то, что жанр романа не умер. Значительное место в творчестве писателя занимают также эссе и мемуары. В книге «Дальний остров» представлены очерки, опубликованные Франзеном в период 2002–2011 гг. Эти тексты — своего рода апология чтения, размышления автора о месте литературы среди ценностей современного общества, а также яркие воспоминания детства и юности.

Джонатан Франзен

Публицистика / Критика / Документальное