Читаем Русский дневник полностью

Это никак невозможно узнать заранее. Единственное, что удается узнать, – что он вылетает «рано утром». И еще нужно помнить о том, что на летном поле необходимо быть задолго до вылета. Каждый раз, когда надо куда-то лететь, вы должны приехать на аэродром до рассвета, в холодную мглу, и потом часами сидеть и пить чай в ожидании вылета. В три часа утра в наш номер позвонили, и мы не были рады столь раннему подъему, поскольку после коктейля у Суит-Джо нам надо было бы поспать часов двенадцать, а мы спали примерно один. Мы загрузили оборудование в багажник машины и поехали по пустынным улицам Москвы за город.

Сегодня мы впервые наблюдали явление, которое потом повторялось неоднократно. Водители в Советском Союзе имеют обыкновение ускорять автомобиль, а затем отпускают сцепление и дают ему катиться по инерции. Для этого используются все склоны, все холмы. Нам сказали, что такая тактика бережет бензин, и что овладение ею является частью подготовки каждого водителя. Дело в том, что бензин шоферу выделяют под поездку на определенное расстояние, и на этом бензине он должен покрыть все это расстояние. Как следствие он использует всевозможные ухищрения для того, чтобы какая-то часть бензина осталась у него в запасе. Это просто другая сторона огромной системы бухгалтерского учета, которая пронизывает всю жизнь в Советском Союзе, и в чем-то она сопоставима с той, что существует в ресторанах. При этом совершенно не принимается во внимание износ зубьев шестерен сцепления, а экономия бензина на самом деле ничтожно мала. Нас эти дерганья весьма раздражали. Сначала машина разгоняется до шестидесяти миль в час, потом у нее вдруг отпускают сцепление, и она по инерции движется до тех пор, пока скорость не падает до черепашьей. Затем ее опять разгоняют до шестидесяти миль в час, и процесс повторяется.

Несмотря на предрассветный час, московский аэропорт был переполнен людьми, поскольку в силу того, что все самолеты вылетают рано утром, пассажиры начинают собираться здесь вскоре после полуночи. Одеты они – кто во что горазд. Некоторые – в мехах, которые будут защищать их от арктического климата Белого моря или Северной Сибири; на других – легкая одежда, которая подходит для субтропических районов, расположенных у Черного моря. Шесть часов на самолете от Москвы – и вы можете попасть в любой климат, какой только существует в мире.

Поскольку мы были гостями ВОКСа, нас провели через общий зал ожидания в боковую комнату, где стояли обеденный стол, несколько диванов и удобные кресла. Там, под строгим взглядом товарища Сталина, который смотрел на нас с портрета, мы пили крепкий чай, пока не объявили посадку на наш рейс.

На большом портрете, написанном маслом, Сталин был изображен в мундире со всеми орденами, которых, кстати, у него очень много. На шее под воротником мундира видна маршальская звезда. На левой стороне груди самое высокое место занимает наиболее почетная награда – Золотая Звезда Героя Советского Союза, что соответствует нашей Медали Почета Конгресса США. Ниже – ряд орденов за военные кампании, в которых он участвовал, а справа на груди – ряд золотых и красных эмалевых звезд. Вместо ленточек театрального вида, которые носят в наших войсках, здесь в честь каждой крупной победы Советской Армии выпускаются медали: за Сталинград, за Москву, за Ростов и так далее, и Сталин носит их все – будучи маршалом Советского Союза, он руководил всеми военными операциями.

В Советском Союзе ничто не происходит без пристального взгляда гипсового, бронзового, нарисованного или вышитого сталинского ока.

Теперь мы можем обсудить то, что волнует большинство американцев. В Советском Союзе ничто не происходит без пристального взгляда гипсового, бронзового, нарисованного или вышитого сталинского ока. Его портреты висят не только в каждом музее, но и в каждом зале каждого музея. Его статуи в полный рост установлены перед всеми общественными зданиями. Его бюсты стоят перед всеми аэропортами, железнодорожными вокзалами и автобусными станциями. Такие бюсты стоят также во всех школах, а портреты часто висят прямо за бюстами. В парках Сталин обычно сидит на гипсовой скамейке и что-то обсуждает с Лениным. Дети в школах вышивают его портреты. В магазинах продают миллионы и миллионы его изображений, и в каждом доме есть по крайней мере одна фотография Сталина. Надо думать, рисование, лепка, отливка, ковка и вышивание изображений Сталина являются в Советском Союзе одними из самых развитых отраслей. Он всюду, он все видит.


СССР. 1947. Памятник Ленину и Сталину


Американцам с их страхом и ненавистью к делегированию власти одному человеку и к увековечиванию этой власти все это чуждо и представляется отвратительным.

Перейти на страницу:

Все книги серии Из личного архива

Русский дневник
Русский дневник

«Русский дневник» лауреата Пулитцеровской премии писателя Джона Стейнбека и известного военного фотографа Роберта Капы – это классика репортажа и путевых заметок. Сорокадневная поездка двух мастеров по Советскому Союзу в 1947 году была экспедицией любопытных. Капа и Стейнбек «хотели запечатлеть все, на что упадет глаз, и соорудить из наблюдений и размышлений некую структуру, которая послужила бы моделью наблюдаемой реальности». Структура, которую они выбрали для своей книги – а на самом деле доминирующая метафора «Русского дневника», – это портрет Советского Союза. Портрет в рамке. Они увидели и с неравнодушием запечатлели на бумаге и на пленке то, что Стейнбек назвал «большой другой стороной – частной жизнью русских людей». «Русский дневник» и поныне остается замечательным мемуарным и уникальным историческим документом.

Джон Стейнбек , Джон Эрнст Стейнбек

Документальная литература / Путешествия и география / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Драйзер. Русский дневник
Драйзер. Русский дневник

3 октября 1927 года классик американской литературы и публицист Теодор Драйзер получил от Советского правительства приглашение приехать в Москву на празднование десятой годовщины русской революции. В тот же день он начал писать этот исторический дневник, в котором запечатлел множество ярких воспоминаний о своей поездке по СССР. Записи, начатые в Нью-Йорке, были продолжены сначала на борту океанского лайнера, потом в путешествии по Европе (в Париже, затем в Берлине и Варшаве) и наконец – в России. Драйзер также записывал свои беседы с известными политиками и деятелями культуры страны – Сергеем Эйзенштейном, Константином Станиславским, Анастасом Микояном, Владимиром Маяковским и многими другими.Русский дневник Драйзера стал важным свидетельством и одним из значимых исторических документов той эпохи. Узнаваемый оригинальный стиль изложения великого автора превратил путевые заметки в уникальное и увлекательное произведение и портрет Советского Союза 1920-х годов.

Теодор Драйзер

Публицистика / Документальное

Похожие книги

Не говори никому. Реальная история сестер, выросших с матерью-убийцей
Не говори никому. Реальная история сестер, выросших с матерью-убийцей

Бестселлер Amazon № 1, Wall Street Journal, USA Today и Washington Post.ГЛАВНЫЙ ДОКУМЕНТАЛЬНЫЙ ТРИЛЛЕР ГОДАНесколько лет назад к писателю true-crime книг Греггу Олсену обратились три сестры Нотек, чтобы рассказать душераздирающую историю о своей матери-садистке. Всю свою жизнь они молчали о своем страшном детстве: о сценах издевательств, пыток и убийств, которые им довелось не только увидеть в родительском доме, но и пережить самим. Сестры решили рассказать публике правду: они боятся, что их мать, выйдя из тюрьмы, снова начнет убивать…Как жить с тем, что твоя собственная мать – расчетливая психопатка, которой нравится истязать своих домочадцев, порой доводя их до мучительной смерти? Каково это – годами хранить такой секрет, который не можешь рассказать никому? И как – не озлобиться, не сойти с ума и сохранить в себе способность любить и желание жить дальше? «Не говори никому» – это психологическая триллер-сага о силе человеческого духа и мощи сестринской любви перед лицом невообразимых ужасов, страха и отчаяния.Вот уже много лет сестры Сэми, Никки и Тори Нотек вздрагивают, когда слышат слово «мама» – оно напоминает им об ужасах прошлого и собственном несчастливом детстве. Почти двадцать лет они не только жили в страхе от вспышек насилия со стороны своей матери, но и становились свидетелями таких жутких сцен, забыть которые невозможно.Годами за высоким забором дома их мать, Мишель «Шелли» Нотек ежедневно подвергала их унижениям, побоям и настраивала их друг против друга. Несмотря на все пережитое, девушки не только не сломались, но укрепили узы сестринской любви. И даже когда в доме стали появляться жертвы их матери, которых Шелли планомерно доводила до мучительной смерти, а дочерей заставляла наблюдать страшные сцены истязаний, они не сошли с ума и не смирились. А только укрепили свою решимость когда-нибудь сбежать из родительского дома и рассказать свою историю людям, чтобы их мать понесла заслуженное наказание…«Преступления, совершаемые в семье за закрытой дверью, страшные и необъяснимые. Порой жертвы даже не задумываются, что можно и нужно обращаться за помощью. Эта история, которая разворачивалась на протяжении десятилетий, полна боли, унижений и зверств. Обществу пора задуматься и начать решать проблемы домашнего насилия. И как можно чаще говорить об этом». – Ирина Шихман, журналист, автор проекта «А поговорить?», амбассадор фонда «Насилию.нет»«Ошеломляющий триллер о сестринской любви, стойкости и сопротивлении». – People Magazine«Только один писатель может написать такую ужасающую историю о замалчиваемом насилии, пытках и жутких серийных убийствах с таким изяществом, чувствительностью и мастерством… Захватывающий психологический триллер. Мгновенная классика в своем жанре». – Уильям Фелпс, Amazon Book Review

Грегг Олсен

Документальная литература