В сотрудничестве с Уокером Кольт создал тяжелый револьвер калибра 0,44 дюйма, шестизарядное оружие (рис. 39,
Контракт с правительством предусматривал возможность поставки «количества, большего чем одна тысяча револьверов, если это потребуется военному министерству», и Кольт просил Уокера проработать в Вашингтоне вопрос о возможности дополнительных заказов. 30 января 1847 года Уокер писал Кольту: «Я не упустил ни малейшей возможности порекомендовать Ваше оружие и преуспел в привлечении внимания к нему, но все заинтересовавшиеся им лица желают воочию увидеть его… Если Вы сможете раздобыть несколько экземпляров, я специально вернусь сюда, чтобы продемонстрировать его Военной комиссии, которая рассматривает подобные вопросы, и надеюсь получить их рекомендацию. Хьюстон и Раск [Комитет сената по военным вопросам] дадут самую высокую оценку Вашему оружию, и Вы можете не сомневаться в том, что оно будет принято на вооружение всей кавалерии Соединенных Штатов, если только Вам удастся раздобыть несколько его образцов. В этом городе девять человек из десяти ничего не знают о том, что представляют собой револьверы Кольта, и, хотя я постарался объяснить им всю разницу между Вашими револьверами и теми шестиствольными пугачами, которые они знают, они все еще не вникли в суть».
По-видимому, капитан Уокер оказался неплохим лоббистом. В июле 1847 года военный министр Уильям Л. Марси дал согласие на заказ у Кольта еще одной тысячи револьверов. Кольт тем временем начал строительство собственной фабрики в Хартфорде, штат Коннектикут. Этот второй правительственный заказ инициировал программу Кольта и фабрики в Хартфорде по выпуску оружия, которую его преемники продолжают вплоть до нынешних времен.
Кольт умер в 1862 году, так и не увидев того эффекта, которое произвело на дело его жизни появление металлических унитарных патронов, однако еще при своей жизни он стал свидетелем мощного продвижения его соотечественников на Запад и трагического раскола нации вследствие разногласий по поводу рабства, что, однако, вызвало громадный рост объемов продаж его продукции. Разбогатевший благодаря своей деловой активности, отмеченный иностранными наградами и признательностью соотечественников, он имел все основания считать свою жизнь более чем успешной. Его биографам ныне несть числа, и хотя их оценки его лепты в успехи американского оружейного дела разнятся, но все же они практически едины в признании важнейшей значимости пистолетов Патерсона для истории западного Фронтира в критический период 1830-х и 1840-х годов. Уолтер Прескотт Вебб, опубликовавший свою книгу «Американский револьвер и Запад» в 1927 году, а очерк «Великие равнины» в 1931 году, проторил путь среди традиционных историков сегодняшнего поколения, признав роль револьвера Кольта в обретении
Запада. О рейнджерах, драгунах, торговцах Санта-Фе, маунтинменах, вооруженных пистолетами Кольта—Патерсона, Де Вото писал: «Они свершили революцию в военных действиях, сравнимую, а то и более значительную, чем та, предвестницей которой стала американская легкая артиллерия при Пало-Альто».
Глава 5
Порох, пули и принадлежности
Кремневое оружие и все его принадлежности преобладали на протяжении большей части эры маунтинменов. Капсюльные системы были усовершенствованы и начали распространяться не ранее 1816 года, да и после этого многие обитатели западного Фронтира еще довольно долго сомневались – стоит ли им распроститься со столь привычным кремневым оружием. Это сопротивление переменам особенно явно проявлялось среди индейцев, да и военные, как англичане, так и американцы, не очень-то спешили воспользоваться новшествами. Старомодные кремневые мушкеты пользовались определенным спросом на протяжении большей части того периода времени, который рассматривается в этой книге (вплоть до 1843 года), и отдельные производители оружия продолжали обеспечивать упертых приверженцев прошлого, выпуская кремневое оружие даже после того, как во всеобщее употребление вошли металлические патроны и казнозарядные системы.
Черный порох