— Комитет государственной безопасности, — показал издали своё удостоверение секретарю. — Директор на месте?
Секретарь резко побледнела и с трудом пролепетала, что руководитель в кабинете. Похоже, вид у меня был более чем суровый, под стать удостоверению. Директор тоже слегка струхнул. Фамилия «Петров» не самая редкая, по этой причине мужчина не сразу сообразил, что я имею какое-то отношение к Александре Сергеевне Петровой.
— Как для полной ставки, так у вас нет работы, а как отправлять с учениками, то на полный срок? — вопрошал я. — Моя жена никуда без меня не поедет.
— Но у нас, понимаете, ситуация… У многих учителей маленькие дети или возраст уже не тот.
— Повторяю, моя жена не поедет или поставим вопрос по-другому.
Как это будет выглядеть, фантазии у директора не хватило, но перечить он мне не стал, пообещав, что всё устроит наилучшим образом. Вот и ладушки. А то у нас уже пригласительные на закрытие Олимпиады получены. Кажется, простых зрителей там будет лишь процентов десять. Приоритет в получении билетов имелся у работников МВД, КГБ и партийной номенклатуры.
Андропов больше меня к себе не вызывал, но через порученцев сообщил, что я могу и дальше писать аналитику в полном объёме. Ещё бы! Прогнозы сбылись с минимальным отклонением. Я написал, что сорок пять стран поддержат США (как запомнил), на деле получилось более шестидесяти. Невиданный по размаху бойкот. К слову, предыдущую Олимпиаду-76, проходящую в Канаде, тоже бойкотировали, но африканские страны. Двадцать шесть стран таким образом выразили своё отношение к режиму апартеида.
В самом США правительству не удалось сформировать единое мнение на ситуацию и бойкот Олимпиады в Москве. Многие американские спортсмены хотели поехать в Москву. Из докладов наших резидентов следовало, что в Америке действовал не просто запрет, а велись серьёзные действия, направленные на то, чтобы спортсмены не попали на Олимпиаду. Дело в том, что была возможность у спортсменов выступить не за страну, а от себя лично под флагом Олимпийского движения. Американское правительство категорически было против, угрожая финансово, дискредитируя и даже банально угрожая лишением паспортов.
В качестве пропаганды использовались известные популярные актёры и спортсмены. Знаменитого боксёра Мохаммеда Али планировали отправить с выступлением по Африке и Азии, чтобы он убеждал бойкотировать игры. Правда, Али почти сразу передумал — жители Нигерии убедили его в обратном.
Илья пытался у меня разузнать, кто и что выиграет, где победят наши спортсмены или хотя бы примерный расклад.
— Сам попробуй вспомнить золотых медалистов хотя бы прошлой Олимпиады, — возмутился я. — У меня в сумме прошлой и этой жизни до хрена сколько лет прошло. Я тебе разве что песенку про Мишку напою. Да и из церемонии закрытия помню сентиментальную слезу, которой плакал выполненный из цветных щитов Олимпийский символ.
— То есть каких-то ярких событий и скандалов ты не помнишь или их не было? — не сдавался Илья.
— Про скандалы что-то смутное припоминается, но кто и как, не скажу. Если ты по глобальным террористическим акциям, то тут всё нормально… кажется.
Владимиру Петровичу я подал более серьёзный документ, аргументируя это проведенными профилактическими мерами до начала игр. Они всё ещё продолжались. В начале июля оперативники МУРа задержали без всякого повода одновременно двадцать известных «воров в законе». На Огарёва с ними провёл беседу лично Щёлоков.
Министр МВД как никто другой понимал, что отыскать и переправить за 101-й километр всех криминальных лиц милиция Москвы физически не могла. Сдержать и как-то упорядочить их действия могли только свои. На встрече «в тёплой и дружественной обстановке» были достигнуты договорённости между сторонами.
Всех иностранцев без исключения досматривали в аэропортах. Для олимпийцев создавались специальные коридоры безопасности по трассам передвижения. Усиленная охрана имелась в местах тренировок и проведения соревнований.
О том, как обеспечивалась перевозка транзитных пассажиров через Москву, это отдельная история. Никогда ранее и после я не видел столь слаженной работы правоохранительных органов. Пассажиров в аэропортах вежливо, но настойчиво загружали автобусы и переправляли по трассам вокруг столицы, отдельно доставляя багаж, который частично, без ведома владельцев, досматривался.
Патрулирование столицы было усилено несколькими десятками тысяч командированных сотрудников МВД, КГБ и внутренних войск. Большинству студентов московских учебных заведений рекомендовалось покинуть город, но из наиболее сознательных были сформированы специальные отряды. Им даже форму пошили чем-то напоминающую ту, что носили в стройотрядах. Эти молодые люди совмещали функции народных дружинников и просто доброжелательных хозяев столицы. Студентам вменялось не следить за иностранцами, а просто оказывать помощь в случае возникновения вопросов: подсказать, показать направление или обеспечить любую другую помощь.