— Не получится. Петергрэма нет.
— Как так? Ты же сказала, что Ульвар у него.
— Одно другому не противоречит.
— Хватит недоговорок! Дело серьёзное.
Я в отчаянии дёрнула дверь, но она не поддалась.
— Дерзко, — оценила Беатрисиа.
— Пожалуйста! — взмолилась я. — Мне нужно быть там. Поговорить с Петергрэмом.
Секретарша закатила глаза, лениво встала и коснулась пальцем пластины возле дверной ручки. Я ринулась вперёд и замерла на пороге. Кабинет высшего эрзара действительно был пуст.
— Разве я когда-нибудь тебя обманывала? — с укором спросила Беатрисиа.
— Где же они?
— В недоступном нам месте. Прекрати паниковать. Поединка не будет.
— Откуда ты знаешь?
— Петергрэм обещал. Он всегда держит слово. А Ульвару нужен урок, который он получит и без поединка.
— Да кто ты такая, чтобы решать, что нужно Ульвару? — вспылила я.
— Старшая, — Беатрисия смотрела на меня скорее с сочувствием, чем с раздражением. — Потому имею право судить. Ульвар младший, и он зашёл слишком далеко. Не вмешивайся. То, что происходит сейчас, касается только эрзаров.
— Ладно, я поняла. Но мои интересы здесь тоже есть. Надо разобраться с посягательствами Петергрэма.
— Опять выбираешь неверные слова, — упрекнула Беатрисиа. — Он представил тебя как будущую спутницу перед людьми и семьёй. Это большая честь.
Она говорила так искренне, без тени насмешки, что у меня язык не повернулся ответить колкостью. Эрзарка верила в свои слова.
— Будущая. Пока ещё
На одиннадцатом этаже в лифт, несущий меня наверх, зашёл Линардариас и широко заулыбался:
— Вот так сюрприз, Нели. Слышал новость о выборе Петергрэма, но не успел вас поздравить. Снова.
Я оценила последнее уточнение и усмехнулась:
— Хорошо, что не называете выбор моим.
— Вы показались мне девушкой, не склонной к резким переменам в пользу выгоды. Полагаю, Грэм проявил настойчивость. Это в его духе.
— Мы с ним вряд ли найдём общий язык.
— Как знать, — Линардариас пожал плечами. — Не сочтите за стариковское ворчание, но я был свидетелем разных историй.
— А участником?
— И без этого не обошлось.
— Скажите... — я помялась, поскольку тема была деликатной, а судьба Ульвара и нашего с ним Договора неопределённой. Однако разведать обстановку имело смысл. — Что бы вы ответили, попроси я о помощи?
Линардариас посерьёзнел:
— Боюсь, что в данном случае я бессилен. Не смотрите на мой ранг. Он не всегда имеет значение. Среди высших эрзаров существует своя иерархия, и Петергрэм занимает в ней особое место. У него давно не было спутницы. Сейчас, когда она должна появиться, никто в клане не станет чинить ему препятствий. Разве что один младший, который тоже наверняка образумится. Вы понимаете меня?
— После вчерашнего представления Петергрэм — мой единственный вариант в "Наднебесье", — озвучила я то, о чём я успела догадаться.
Возмущение и обида на несправедливый поворот судьбы мешались со страхом за Ульвара.
— Вы умная девушка, — кивнул Линардариас. — Мне искренне жаль, если Петергрэм причиняет вам неудобства или вы по личным причинам не хотите видеть его своим партнёром. Многие на вашем месте были бы счастливы.
— Видимо, он стремится сделать не счастливой кого-то, а несчастной меня, — горько заключила я.
— Вот уж сомневаюсь.
— Тогда ещё вопрос. Почему ему так срочно понадобилась спутница? Насколько понимаю, свободная жизнь его устраивала. И вы, и он упоминали о необходимости, возникшей, очевидно, недавно.
— Высокий ранг накладывает определённые обязательства. Петергрэм слишком долго их игнорировал. Простите, Нели, мне пора.
Наставить на более определённом ответе было не в моём праве. Мы вежливо распрощались.
Ульвар, целый и невредимый, вернулся после полудня. Я бросилась к нему, но на мои объятия он ответил сдержанно.
— Что Петергрэм сделал с тобой? — выдохнула я.
— Ничего непоправимого, — отозвался Ульвар.
Слова прозвучали не слишком оптимистично.
— Пожалуйста, ответь. Меня это тоже касается.
— Да, — печально согласился Ульвар. — С нашим Договором ничего не выйдет. Мне пришлось отказаться от тебя, прости. И за то, что не исполнил обещание, тоже. Я должен был идти к нему один.
Смотреть мне в глаза он избегал, и новость сообщил, полуотвернувшись. После разговора с Линардариасом она не стала неожиданностью. Я приняла её как неизбежность и даже с некоторым облегчением. В игре Перетгрэма осталось два действующих лица. Никто не пострадает из-за моего упрямства.
— Понимаю, — кивнула я. — Не надо себя винить, хорошо? Главное, что ты цел.
— Меня переводят из Ледяного пика и из столицы. Буду работать в "Лаварде" над другим проектом.
— Что?! Это же подводная лаборатория семьи Фэо. Она не связана с космическими исследованиями.
— Вернусь к ним через несколько лет, а пока приму участие в обмене специалистами.
Я окаменела, не в силах осознать услышанное. Мне ли было не знать, как дорога Ульвару именно эта работа, как горели его глаза при разговорах о Верной и сколько надежд он возлагал на свой проект.