— Хотя знаешь… — сильный толчок заставил сержанта вскрикнуть и укусить свою руку между указательным и большим пальцем. — Я тебя сегодня так отделаю, что ты завтра с кровати не встанешь.
Лена крепко зажмурилась, вгрызаясь глубже зубами в кожу. Постанывала в неё, боясь, что завопит слишком громко и перебудит всех обитателей бункера. Во рту уже ощущался металлический привкус крови. В ушах шумело, пульсировало вместе с бешено бьющимся сердцем. Егоров схватил запястье девушки и неожиданно для неё, поднёс руку к своим губам. Горячий язык прошёлся по месту укуса, слизывая выступившую кровь. Лену, от одного этого вида, затрясло в сладких конвульсиях. Она успела закусить простынь, глухо застонав. Капитан навалился сверху с глухим рыком. Целую минуту после окончания они просто лежали, пытаясь наладить сбившееся дыхание.
— То, что надо, — выдохнул Егоров в раскрасневшееся лицо Лены, коротко поцеловав его в губы. Девушка была уже в полубессознательном состоянии и никак не ответила капитану. Больше он не стал её терзать. Вытащив из приготовленной пачки влажные салфетки, мужчина вытер себя и партнёршу. Уставшая после секса Лена часто крепко засыпала, и Егорову приходилось самому заметать следы бурной деятельности. А предоставленная им кровать было хорошо примята. Подумав немного, мужчина осторожно переложил любовницу на соседнюю гладкую и холодную. Зимина к тому моменту уже уснула и тихо застонала, поежившись от холода простыни. Капитан укрыл её одеялом, выключил полностью свет в комнате. Устроившись рядышком, подвинул девушку ближе к себе. Точно решил утром её не будить, а растолкать Тернова на смену Жарову…
Проснулся капитан резко, от странного гулкого звука. Распахнул широко глаза, увидел на соседней кровати сонно моргающую Лену. Звук повторился два раза, оказавшись настойчивым стуком в дверь. Сопровождался он взволнованным голосом Олега.
— Товарищ капитан! Проснитесь!
— Какого хуя?.. — Егоров дотянулся до своего коммуникатора оставленного на столике. Часы показывали только двенадцатый час ночи. Рыча гневно проклятия сквозь зубы в адрес младшего лейтенанта, капитан поднялся с кровати, натянул торопливо трусы, чуть не перепутав их задом наперёд. Щёлкнув замком, командир отряда рывком распахнул дверь, едва не съездив ей по носу Олегу.
— Какого дьявола ты здесь ШУМИШЬ?!! — прошипел он, испепеляюще уставившись на Жарова, до боли в пальцах сжав дверную ручку. Чудом сдержал себя с ходу не врезать кулаком по широкой физиономии снайпера. Та, впрочем, была красная от бега.
— Товарищ капитан! У нас чп! — выпалил на выдохе Жаров, совершенно не пытаясь сбавить громкость тона. Видно, что спокойный сон жильцов научного лагеря волновал его в последнюю очередь.
— Какое чп?.. — дверь напротив приоткрылась, показав в щели припухшее лицо Марка. Он успел надеть спортивные темно-синие штаны, но всклокоченные после сна длинные волосы торчали львиной гривой в разные стороны. Из-за переполоха устроенного Олегом начинали просыпаться все жильцы бункер. После Тернова из своей комнаты высунулась Кристина, завёрнутая в научный халат. С любопытством скользнула взглядом по голому торсу Егорова, задержала взгляд на его паховой области. Переключила внимание на Марка и залилась краской, не скрывая заворожённой улыбки. Всё же напоминание о некоем неприятном происшествии отрезвили девушку. Елена Зимина забилась в угол кровати, смущённо закутавшись в одеяло. Испуганно и непонимающе поглядывала в коридор, часто моргая от яркого света. Там уже нарисовался Ломака, в семейных полосатых трусах и белой майке.
— Что тут происходит? — с еле подавленным зевком спросил он, потирая кулаком правый глаз, — вы напугали Бориса.
— Говорю же, у нас чп! — серьёзно повторил Олег, — Алиев пропал!
Смысл слов Жарова не сразу дошёл до капитана Егорова. Несколько раз он повторил их про себя и вздрогнул, когда они прозвучали вслух, голосом Тернова.
— Алиев пропал? — Марк тронул рассеянно ладонью крепкий железный косяк. Нашарил слепо край штанов, подтянул его выше. От нахлынувшего волнения не знал, куда деть руки. Стало резко холодно.
— В смысле, блядь, пропал? — спросил тихо Егоров, потерев лицо широкой ладонью, чтоб протрезветь от сна.
— Мы сидели у костра! — затараторил быстро Олег, обеспокоенно окидывая взглядом всех собравшихся. — То есть, я, Давид, Ковбой и Сом. Сидели, болтали, сосиски жарили, а потом Алиев сказал, что пройдётся вокруг лагеря. Ушёл за забор и всё!
— В каком смысле «всё»?! — рыкнул на подчинённого капитан, — когда именно он пропал?!
— Ну, прошло, кажется, минут двадцать или больше. К нам вышел Ракита и спросил, где Алиев, — Жаров боязливо потоптался на месте, понимая, что Егоров постепенно закипает и может в любой момент сорваться на него. — Мы поняли, что его долго нет, и побежали искать. Я три раза вокруг лагеря пробежал и нигде его не нашёл! До трубы ходили, озеро проверили — нету!
— То есть, вы двадцать минут жрали, и не заметили, что исчез один боец? — зашипел сквозь зубы капитан, сжимая крепко кулаки. — Двадцать минут?!!