В молодости мы полагаем, что справедливость — минимум того, что мы вправе ожидать от других. В зрелом возрасте мы убеждаемся, что это максимум.
Трудно считать дураком человека, который восхищается нами.
Неудачи других кажутся нам совершенно естественными, но вот почему нам не везет — этого мы не можем понять.
Иные считают, что у них доброе сердце, а это всего лишь слабые нервы.
Ты вправе мыслить иначе, чем твоя эпоха, но не вправе одеваться иначе.
Сколько шума и суеты проистекает из стремления к покою!
Нельзя помочь всем, говорит малодушный и не помогает никому.
Легче помочь голодному, чем объевшемуся.
Хочешь знать, что говорят о тебе знакомые?
Послушай, что они говорят о людях, которые лучше тебя.
Сломанные часы дважды в сутки показывают верное время, и по прошествии нескольких лет могут похвастаться длинным рядом успехов.
То, чего хочется, всегда кажется необходимым.
Льстец завоевывает наше расположение, даже если мы ничуть не верим его лести.
Существует одна прекрасная форма двуличия — самокритичность, и одна прекрасная форма эгоизма — любовь.
От врачей и учителей требуют чуда, а если чудо свершится — никто не удивляется.
За новыми впечатлениями больше всех гоняются те, кто не знает, что делать со старыми.
Когда женщина научилась читать, на свет появился женский вопрос.
Мы так суетны, что придаем значение тому, что думают о нас люди, которым мы не придаем значения.
Воображаемые недуги неизлечимы.
Эразм Роттердамский
В темноте все женщины одинаковы.
В глупости женщины — высшее блаженство мужчины.