Читаем Сборник песен полностью

Я снова жду осенних холодов,Мне кажется они уже подули,И осень начинается в июлеВнезапным увяданием садов.Мы не заметили как нас обманулиОслепшие в пещерах городов.И будет путь по замкнутой прямой,По той, что обладает свойством круга,Не торопясь, все дальше друг от друга.И вот уже не слышен голос мой,И кажется нас разделяет вьюга,И никому не даст попасть домой.И что на крик никто не обернется,И раненым не принесут воды,От этого вода уйдет на дно колодца,Уйдет как предвещение бедыУйдет на дно и больше не вернется.Я снова семилетний человекОдин в холодном поле на рассвете,И по колено долгий-долгий снег,А мне твердят о наступившем лете.Цветении садов, разливах рек,Но белая зима на белом свете.

Я с детских лет не в силах разобраться

Я с детских лет не в силах разобратьсяИ часто спорю, плоть до кулаков,За что у нас так любят иностранцев,В особенности классовых врагов.Для них везде улыбчивые лица,Их носят на руках и на горбу,И первые красавицы столицыМечтают с ними разделить судьбу.Они забили лучшие отели,Икру и крабов мнут как саранча,А мы едим то, что они не съели,И ходим в шмотках с ихнего плеча.Быть может мы поедем к ним когда-то,И там уж обласкают нас в ответ.Но Ленька, друг, недавно ездил в Штаты,И говорит, что там такого нет.Конечно, нам скупиться не пристало,И я твержу себе в который раз:Им там не сладко, в мире капитала,Пусть хоть чуть-чуть расслабятся у нас.К тому же это, как всегда бывает,Имеет свой приятный оборот.Нам тоже кое-что перепадаетОт этих Интуристовских щедрот.Мгновенья нам дороже и дороже,В тот миг, когда Центральный РесторанБыл разволючен, но не обезвоженЯ чудом в нем успел хватить стакан.

Я смысл этой жизни вижу в том

Я смысл этой жизни вижу в том,Чтоб не жалея ни души, ни тела,Идти вперед, любить и делать дело,Себя не оставляя на потом.Движенья постигая красоту,Окольного пути не выбирая,Наметив в самый край, пройти по краю,Переступив заветную черту.Не ждать конца, в часы уставив взгляд,Тогда и на краю свободно дышишь.И пули, что найдет тебяТы не услышишь,А остальные мимо пролетят.В полночной темноте увидеть свет,И выйти к свету, как выходят к цели.Все виражи минуя на пределеПри этом веря, что предела нет.Не презирать, не спорить, а проститьВсех тех, кто на тебя рукой махнули.На каждого из нас у смерти есть по пуле,Так стоит ли об этом говорить…Не ждать конца, в часы уставив взгляд,Тогда и на краю свободно дышишь.И пули, что найдет тебяТы не услышишь,А остальные мимо пролетят.

Я увезу тебя туда

Перейти на страницу:

Все книги серии Макаревич, Андрей. Сборники

Евино яблоко
Евино яблоко

Егору досталось расти в странное время. Про время это написаны книги, сняты фильмы, наворочены горы вранья. Но запах его, дыхание его помнят только те, кто это время застал, кто дышал его воздухом. Огромная неповоротливая страна то грозила миру атомной бомбой, то осыпала золотым дождем новорожденные африканские страны, жители которых только-только вышли из джунглей. А своих сыновей держала в черном теле, и ничего, ловко у нее это получалось, и не было ни богатых, ни бедных, ибо если нет богатых, то как поймешь, что бедные – все, и недосягаемым верхом благосостояния считалась машина «Волга» и дачный участок в шесть соток, и все говорили немножко не то, что думают, и делали немножко не то, что хотелось, и ходили на партсобрания, и дружно поднимали руки, одобряя исторические решения съезда, и панически, безмолвно боялись власти, и занимали пять рублей до получки, и возвращали в срок, и смирно стояли в бесконечных очередях за кефиром, докторской колбасой и портвейном «Кавказ», и банку сайры можно было увидеть только в праздничном продуктовом заказе по спецраспределению, а книгу «Три мушкетера» получить, сдав двадцать килограммов макулатуры…

Андрей Вадимович Макаревич

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза
Было, есть, будет…
Было, есть, будет…

Проза Андрея Макаревича уже стала особым явлением в современной культуре, которое так же интересно, как и другие грани таланта Художника, Музыканта и Поэта. В этой книге собраны все изданные на сегодняшний день литературные произведения Андрея Вадимовича. Мудрые философские «Живые истории», заметки музыканта «Вначале был звук», лиричная повесть «Евино яблоко» – каждое произведение открывает новую сторону таланта Макаревича-писателя. Также в сборник вошла автобиографическая повесть «Все еще сам овца», в которой бессменный лидер группы «Машина времени» – внимательный наблюдатель и непосредственный участник многих ярких событий в современной культуре, – делится воспоминаниями и впечатлениями о судьбоносных встречах и творчестве.

Андрей Вадимович Макаревич

Публицистика / Проза / Проза прочее

Похожие книги

Форма воды
Форма воды

1962 год. Элиза Эспозито работает уборщицей в исследовательском аэрокосмическом центре «Оккам» в Балтиморе. Эта работа – лучшее, что смогла получить немая сирота из приюта. И если бы не подруга Зельда да сосед Джайлз, жизнь Элизы была бы совсем невыносимой.Но однажды ночью в «Оккаме» появляется военнослужащий Ричард Стрикланд, доставивший в центр сверхсекретный объект – пойманного в джунглях Амазонки человека-амфибию. Это создание одновременно пугает Элизу и завораживает, и она учит его языку жестов. Постепенно взаимный интерес перерастает в чувства, и Элиза решается на совместный побег с возлюбленным. Она полна решимости, но Стрикланд не собирается так легко расстаться с подопытным, ведь об амфибии узнали русские и намереваются его выкрасть. Сможет ли Элиза, даже с поддержкой Зельды и Джайлза, осуществить свой безумный план?

Андреа Камиллери , Гильермо Дель Торо , Злата Миронова , Ира Вайнер , Наталья «TalisToria» Белоненко

Фантастика / Криминальный детектив / Поэзия / Ужасы / Романы
Маршал
Маршал

Роман Канты Ибрагимова «Маршал» – это эпическое произведение, развертывающееся во времени с 1944 года до практически наших дней. За этот период произошли депортация чеченцев в Среднюю Азию, их возвращение на родину после смерти Сталина, распад Советского Союза и две чеченских войны. Автор смело и мастерски показывает, как эти события отразились в жизни его одноклассника Тоты Болотаева, главного героя книги. Отдельной линией выступает повествование о танце лезгинка, которому Тота дает название «Маршал» и который он исполняет, несмотря на все невзгоды и испытания судьбы. Помимо того, что Канта Ибрагимов является автором девяти романов и лауреатом Государственной премии РФ в области литературы и искусства, он – доктор экономических наук, профессор, автор многих научных трудов, среди которых титаническая работа «Академик Петр Захаров» о выдающемся русском художнике-портретисте XIX в.

Канта Ибрагимов , Канта Хамзатович Ибрагимов , Михаил Алексеевич Ланцов , Николай Викторович Игнатков

Поэзия / Историческая проза / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Историческая литература