Читаем Сборник рассказов на ночь. Любовь. Страх. Боль. Надежда полностью

На мгновение мне показалось, что вокруг меня сгущается тьма, а я маленький огонёк, готовый вот-вот погаснуть. В лёгких не хватало воздуха, пальцы немели, а изнутри рвался крик. Мне хотелось кричать, звать на помощь, но ноги не двигались. Я должен был бежать, но колени предательски подгибались. Пришлось прокусить губу до крови, было больно, но зато я смог двигаться. Я медленно отступал назад, видя, как ОН протягивает ко мне свою руку.


– Отпусти меня! Прошу! Я…я не знал… – сбивчиво говорил я. – Отпусти! Ради неё!


ОН молчал, ведь рот у него был зашит. Впрочем, ему не было дела до моих слов. Мне даже показалось, что ОН не способен чувствовать жалость к живым существам.

– Позови его! – срывая голос, кричал я. – Я не заключал договор. Он обманул меня. – Никакой реакции не последовало. – Я не хочу умирать!


Не подходя ко мне, ОН провёл когтистой лапой по горизонтали, и я почувствовал острую боль в области живота. Невидимый клинок порезал мне живот, оставляя неглубокую рану, из которой хлынула кровь. Боль и страх смешались воедино, и я почувствовал, как перед глазами всё поплыло. Ощущение безысходности и невозможности противостоять ему пугало, мне хотелось бежать, но земля уходила из-под ног. Я упал на камни. Опасность, она была повсюду.


Остальное не важно


Сьюзен открыла глаза. Голова раскалывалась, в ушах шумело. Девушка осмотрелась. Её окружали тела неизвестных ей людей. Они были в крови. На полу были разбросаны детская одежда и игрушки. У Сьюзен участилось дыхание. Сердце бешено заколотилось. Она начала медленно отползать в сторону, и наткнулась на что-то мягкое.


Ещё до того, как девушка обернулась, она услышала хрип. В нос ей ударил резкий запах. Сьюзен повернула голову и увидела перед собой искажённое гримасой лицо. Два пожелтевших глаза не мигая следили за ней, из уголков каждого сочился гной. На висках взбухли вены. Существо протянуло к ней руки. Девушка тут же взвизгнула, отпрянула назад и с силой ударила его пяткой в лицо, и начала отползать к выходу из магазина. Существо поползло за ней.


– Что происходит?! Где я?! Что ему от меня нужно?!


Под руку Сьюзен попалась сумка. Она бросила её в существо, но опоздала. Липкие руки сомкнулись на плечах. От вони потемнело в глазах. Жёлтая слюна коснулась шеи. Под правой рукой Сьюзен нащупала большую фарфоровую куклу, и ударила ею по голове существо. Хватка ослабла, тело повалилось на бок. Сьюзен вывернулась и отползла в сторону.


Из носа и рта существа поползли маленькие паучки. Девушка сморщилась, её передёрнуло от отвращения. Только сейчас она заметила, что весь зал был покрыт паутиной. Паучки были везде: на полу, потолке, стеллажах.


Взгляд Сьюзен упал на маленькое детское красное платьице. Её глаза резко расширились.


– Мари! Моя малышка Мари. Где моя дочка? Что с ней? – пронеслось у неё в голове. На Сьюзен накатила волна паники. Ей стало тяжело дышать, защемило в груди. Она выбежала из магазина, и понеслась вдоль витрин.


Время от времени Сьюзен слышала крики, они доносились с нижних этажей. Она усиленно пыталась вспомнить, где последний раз видела дочь.


Всё началось, когда они с Мари выбирали ей в детском отделе летнее платьице. В помещение ворвалось три человека с изуродованными лицами и набросились на покупателей. Стоило Сьюзен на мгновение отвлечься, как дочка пропала. А дальше всё как в тумане.


Двигаясь вдоль витрин, Сьюзен постоянно оглядывалась. Повсюду была натянута паутина. Под ногами попадались мелкие паучки.


У поворота к туалету, девушка услышала детский плач. В груди йокнуло. Мари? Сьюзен бросилась в туалетную комнату. Оказавшись внутри, она замерла на месте. Там, где стояли раковины был свит огромный кокон, внутри которого сидел четырёхлетней ребёнок – Мари. Малышка с длинными чёрными волосами. Она плакала и звала маму.


Сьюзан сделала шаг на встречу, но остановилась. Ей стало нехорошо. Голова закружилась, ей показалось, что у неё заложило нос. Это длилось недолго. Из ноздри вылез паучок и свалился на пол. Внутри у девушки всё похолодело. На глаза выступили слёзы. Сьюзен посмотрела на дочку. Ей нужно было успокоиться и взять себя в руки. Но чувство того, что, возможно, рой этих тварей прямо сейчас плетёт паутину у неё в голове, мешало ей сдвинуться с места.


Мари увидела маму и затихла. Её маленькие зелёные глазки с надеждой посмотрели на Сьюзен.


– Мама! Мама, мне страшно!


– Мари, дорогая, мама рядом! Как ты здесь оказалась?


Сьюзен подбежала к дочке, и начала рвать окутывающий её кокон. Рядом было ещё несколько коконов, но лиц людей не было видно.


– Меня принёс сюда большой павук, когда тебя укусил злой дядя.


– А тебя кто-нибудь кусал?


– Нет мамочка. Я боялась, что он скушает меня!


– Но теперь всё в порядке, иди ко мне.


Освободив дочку, Сьюзен крепко обняла её. Взяла на руки, и выбежала в холл. Мари крепко прижалась к груди матери. Она больше не плакала.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Оптимистка (ЛП)
Оптимистка (ЛП)

Секреты. Они есть у каждого. Большие и маленькие. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит. Жизнь Кейт Седжвик никак нельзя назвать обычной. Она пережила тяжелые испытания и трагедию, но не смотря на это сохранила веселость и жизнерадостность. (Вот почему лучший друг Гас называет ее Оптимисткой). Кейт - волевая, забавная, умная и музыкально одаренная девушка. Она никогда не верила в любовь. Поэтому, когда Кейт покидает Сан Диего для учебы в колледже, в маленьком городке Грант в Миннесоте, меньше всего она ожидает влюбиться в Келлера Бэнкса. Их тянет друг к другу. Но у обоих есть причины сопротивляться этому. У обоих есть секреты. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит.

Ким Холден , КНИГОЗАВИСИМЫЕ Группа , Холден Ким

Современные любовные романы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Романы
Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее