Читаем Сборник стихотворений полностью

в разрыв твоих громад.


Они, тобой расцвечены,

скользят по кручам троп -

твой, шрамами иссеченный,

губами тронуть лоб!


1933

Николай Асеев. Стихотворения и поэмы.

Библиотека поэта. Большая серия.

Ленинград: Советский писатель, 1967.

ПАРТИЗАНСКАЯ ЛЕЗГИНКА

За аулом далеко

заржала кобыла…

«Расскажи нам, Шалико,

что с тобою было.

От каких тяжелых дел,

не старея,

молодым ты поседел,

спой скорее».

– «Подымался в горы дым,

ночь – стыла.

Заезжали джигиты

белым – с тыла.

Потемнели звезды,

небеса пусты,

над ущельем рос дым,

зашуршали кусты.

Я шепчу, я зову.

Тихи сакли.

Окружили наш аул

белых сабли.

Шашки светятся.

Сердце, молчи!

В свете месяца -

зубы волчьи.

За зарядом заряд…

Пики близки.

У меня в газырях -

наших списки.

Скачок в стремя!

Отпустил повода,

шепчу в темя:

«Выручай, Тахада

Натянула погода,

мундштук гложет,

отвечает Тахада,

моя лошадь:

«Дорогой мой товарищ,

мне тебя жалко.

Сделаю, как говоришь,

амханаго Шалико!»

С копыт камни,

горы мимо,

вот уже там они -

в клочьях дыма.

Ас-ас-ас-ас!-

визжат пули.

Раз-раз-раз-раз!-

шапку сдули.

Разметавши коня,

черной птицей

один на меня

сбоку мчится.

На лету обнялись,

сшиблись топотом

и скатились вниз,

и лежим оба там.

Туман в глазах,

сломал ногу…

Но не дышит казак:

слава богу!

Полз день, полз ночь

горит рана.

Рано – поздно,

поздно – рано.

Ногу в листья обложив,

вы меня вынесли.

В этой песне нету лжи,

нету вымысла.

Грудь моя пораненная

конца избежала…»

Жареная баранина

на конце кинжала.

В кольцо, в кольцо!

Пики далеко!

Кацо, кацо,

Нико, Шалико!


1933

Николай Асеев. Стихотворения и поэмы.

Библиотека поэта. Большая серия.

Ленинград: Советский писатель, 1967.

ЛЕТНЕЕ ПИСЬМО

Напиши хоть раз ко мне

такое же большое

и такое ж

жаркое письмо,

чтоб оно

топорщилось листвою

и неслось

по воздуху само.

Чтоб шумели

шелковые ветви,

словно губы,

спутавшись на «ты».

Чтоб сияла

марка на конверте

желтоглазым

зайцем золотым.

Чтоб кололись буквы,

точно иглы,

растопившись

в солнечном огне.

Чтобы синь,

которой мы достигли,

взоры

заволакивала мне.

Чтоб потом,

в нахмуренные хвои

точно,

ночь вошла темным-темна…

Чтобы всё нам

чувствовалось вдвое,

как вдвоем

гляделось из окна.

Чтоб до часа утра,

до шести нам,

голову

откинув на руке,

пахло земляникой

и жасмином

в каждой

перечеркнутой строке.

У жасмина

запах свежей кожи,

земляникой

млеет леса страсть.

Чтоб и позже -

осенью погожей -

нам не разойтись,

не запропасть.

Только знаю:

так ты не напишешь…

Стоит мне

на месяц отойти -

по-другому

думаешь и дышишь,

о другом

ты думаешь пути.

И другие дни

тебе по нраву,

по-другому

смотришься в зрачки…

И письмо

про новую забаву

разорву я накрест,

на клочки.


1934

Николай Асеев. Стихотворения и поэмы.

Библиотека поэта. Большая серия.

Ленинград: Советский писатель, 1967.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Амо Сагиян , Владимир Григорьевич Адмони , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Мария Сергеевна Петровых , Сильва Капутикян , Эмилия Борисовна Александрова

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное