— Атомарную копию создать можно, но не с моими возможностями. Можно сделать проще, поменяв вероятностную линию будущей реальности. Правда, если узнают, что я полез в вероятности, запросто могут отобрать машину пространства и выдать что-нибудь классом попроще.
— А если это перевести на нормальный русский язык? Так чтобы даже король понял?
— Для понимания это очень сложно, но внешне будет выглядеть так, будто ты раздвоился. Одна копия отправится сюда, вторая останется в кровати.
— Именно это мне и нужно. И еще, можешь сделать так, чтобы тот я когда-нибудь, когда будет способен, смог принять память моей жизни. Я так устал от жизни, что почти рад смерти. Но где-то, в глубине души еще теплится искра жизни, и рождается протест… Если ты сделаешь то, о чем я тебя прошу, частица меня останется в нем.
— А ничего, что на Земле он к этому времени уже умрет? Или, приняв в себя твою память, ощутит собственную ущербность?
— У меня не осталось сил с тобой спорить. Можешь выполнить?
— Куда я денусь, если обещал. Это вы люди известные лгуны. Мы обещаем редко, но, пообещав, всегда выполняем.
— Деда! — в комнату вбежала маленькая девочка лет восьми. — Ты что, сам с собой разговариваешь? Ой, деда!
Она остановилась перед креслом, в котором сидел ее дед, бессильно свесивший костлявые руки и неподвижными глазами вглядывающийся в мозаичную картину, с которой, обнявшись, на него с улыбкой смотрели две девушки, бывшие для него некогда и целью, и смыслом жизни.
Если бы кто-нибудь мог находится этой ночью в моей спальне, он наверняка просто не поверил бы своим глазам. В районе двух часов ночи я заворочался и открыл глаза.
— Приснится же такое! — пробормотал один я, вскакивая с кровати и бросаясь к одежде.
— Приснится же такое! — пробормотал второй я, переворачиваясь на другой бок и закрывая глаза.
Прошло почти полвека. Пожилой мужчина шел с работы домой по почти пустым улицам провинциального города, подняв воротник, чтобы ветер не так задувал под куртку ту смесь снега и дождя, которая валилась с неба второй день подряд. Сегодня было много работы, он устал и спешил быстрее оказаться в тепле своей квартире.
— Извините, вы не скажете, который час? — спросил его чем-то знакомый голос.
Он машинально выудил из кармана мобильный телефон, посмотрел на дисплей и ответил. Только после этого он бросил мимолетный взгляд на обгонявшего его мужчину и поразился, как тот похож на молодого Тихонова. И голос точь-в-точь его. В следующий момент его качнуло и бросило на ограду городского парка. Сердце колотилось как сумасшедшее, а в памяти всплывали разрозненные картины, складываясь в одно целое — прожитую не им жизнь. А обогнавший его мужчина постоял немного, глядя на человека, который, обхватив голову руками, проживал за минуты десятки лет жизни, так непохожей на его собственную, вздохнул и исчез.