Читаем Сделка полностью

Фляги были у наших двух гостей, у Барни, у меня, и у д'Анджело. Но раненым вода понадобится раньше. Я испытывал страшную жажду, точнее, это моя малярия испытывала жажду, но этим бедным раненым поганцам питье было нужнее.

Сумерки.

Выстрелов из пулемета и винтовок не было уже так долго, что джунгли вновь ожили: заквохтали птицы, зашуршали сухопутные крабы. Возможно, япошки ушли. А может, мы уложили их теми патронами, которые мы на них расстреляли.

Раненые спали, или находились в коме, кто знает. А я начал думать, что, может, нам стоит остаться и спрятаться здесь, а американские войска – сухопутные силы, морская пехота или, может, эта гребаная береговая охрана наткнутся на нас, когда линия фронта продвинется вперед.

Пулеметная очередь ворвалась в ночь, обстругивая упавшее дерево, вырезая на нем инициалы япошек. Несколько пуль, отскочив от бревна, рикошетом задели мою каску. И каску Барни тоже, оставив вмятины на наших оловянных шляпах. Мы нырнули вниз.

– Этот ублюдок совсем рядом, – крикнул я. Пули летели над нами, подпрыгивая и щелкая, трассирующие снаряды отлетали от бревна в наше укрытие, шипя, как капли расплавленного металла, попавшие в воду. Этот шум привел в чувство Монока, который закричал от боли, потом застонал.

– Черт, он слишком близко, чтобы не попасть в него, – сказал Барни, перекрикивая шум стрельбы и стоны Монока. – Я уверен.

– Брось в этого ублюдка гранату.

– Я не могу встать, чтобы сделать это. Она разорвет меня на части.

Даже ради такого случая я не мог встать: лихорадка слишком ослабила меня. Барни должен был сделать это. Я принялся «накачивать» его:

– Да ты же чемпион мира, ты, маленький schmuck. Просто брось их отсюда, посильнее размахнись! Сделай это, мужик!

С бульдожьим выражением лица он выхватил сразу три гранаты из-за пояса, вырвал зубами чеки и бросил их. Все три в разном направлении.

Он проделал это все так быстро, что, казалось, раздался только один взрыв.

И один вопль ужаса.

А потом Барни вскочил на ноги, пристроил винтовку на бревне и стал стрелять, крича:

– Получили, вы, грязные гребаные сволочи!

Барни редко так ругался, но он был прав. Он достал эту грязную, гребаную сволочь: теперь стреляли лишь один пулемет и одна винтовка. Они не были так близко к нам, как тот парень, которого Барни только что прикончил, но они подходили ближе и ближе.

Мы вновь начали стрелять, и через пятнадцать минут наши боеприпасы стали подходить к концу. Скоро мы останемся лишь с нашими пистолетами, которые носили на себе.

– Осталась одна обойма, – сказал я. – Восемь патронов.

– Прикрой меня, пока я схожу за остальными гранатами.

Я бережливо расходовал свои восемь патронов, но они кончились, прежде чем Барни возвратился. Д'Анджело, едва двигающийся, но желающий помочь, внезапно оказался рядом со мной и вручил мне пистолет.

– Он принадлежит Моноку, – сказал парнишка. – Он не будет возражать.

Монок опять был без сознания.

К тому времени, когда я расстрелял все патроны, вернулся Барни с полной охапкой гранат.

– Я схожу еще раз, – сказал он, выбираясь наружу.

Только я успел вытащить свой пистолет из кобуры, как начался минометный огонь. Я нырнул вниз в окоп. Снаряды падали совсем близко. Раскаленная добела шрапнель летела мимо, не задевая нас.

Она задела Барни. Он возвращался назад с остальными гранатами, когда горящая шрапнель вцепилась в его бок, в его руку и ногу.

– Ублюдки, ублюдки, ублюдки! – визжал он.

Барни возвратился к окопу, и я втащил его туда, наложил грубые бинты на его раны. Продолжал ухать миномет. Как моя раскаленная голова. А все остальные, кроме Барни, спали в этом проклятом Богом окопе. Такова война – ты кончаешь тем, что начинаешь завидовать погибшим.

Потом обстрел кончился.

Мы ждали, когда временное затишье прекратится. Прошло полчаса, но затишье продолжалось. Теперь нас прикроет темнота. Япошкам будет трудно найти нас ночью. Но и никто другой не сможет разыскать нас.

– Как Фремонт с Уоткинсом? – спросил я у Барни.

– Уоткинс в сознании, по крайней мере, был в сознании. Фремонт засунул палец себе в живот, пытаясь остановить кровотечение.

– О Господи!

– У бедняги нет шанса.

– Думаю, у нас у всех его нет.

– Я думал, что пехота или рота "Б" придут на помощь к этому времени.

– На это можно было надеяться, пока не стемнело. Понятно, что они, черт бы их побрал, не воспользуются темнотой.

Он покачал головой.

– Бедняга Уйти все еще лежит там, где ребята уронили его. Он теперь мертв. Бедный сукин сын!

– Единственная разница между ним и нами в том, что мы в окопе.

Москиты пировали, заползая в наши волосы. Барни жевал нюхательный табак, чтобы заглушить жажду: он отдал свою воду раненым. Я закурил. Меня трясло, пот катился по лбу, заливая мое лицо соленым водопадом. От лихорадки я не хотел есть. Это было уже что-то. Но, Господи, как я хотел пить, как мне нужно было немного воды! Господи!

Начался дождь.

Перейти на страницу:

Все книги серии Натан Геллер

Похожие книги

1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Кожевников , Вадим Михайлович Кожевников

Детективы / Исторический детектив / Шпионский детектив / Проза / Проза о войне
Тень Эдгара По
Тень Эдгара По

Эдгар Аллан По. Величайший американский писатель, гений декаданса, создатель жанра детектива. В жизни По было много тайн, среди которых — обстоятельства его гибели. Как и почему умирающий писатель оказался в благотворительной больнице? Что привело его к трагическому концу?Версий гибели Эдгара По выдвигалось и выдвигается множество. Однако поклонник творчества По, молодой адвокат из Балтимора Квентин Кларк, уверен: писателя убили.Врагов у По хватало — завистники, мужья соблазненных женщин, собратья по перу, которых он беспощадно уничтожал в критических статьях.Кто же из них решился на преступление?В поисках ответов Кларк решает отыскать в Париже талантливого детектива-любителя, с которого По писал своего любимого героя Дюпена, — единственного, кто способен раскрыть загадку смерти писателя!..

Мэтью Перл

Детективы / Исторический детектив / Исторические детективы / Классические детективы