На другой стороне долины, в нескольких сотнях метров от него, располагался белый дом с фруктовым садом. Задняя стена прижималась к высокой отвесной скале. Бен вздохнул. Он не имел понятия, что нужно искать — возможно, какие-то руины или круг из камней, — но эта аккуратная современная вилла абсолютно не вязалась с названием «Дом ворона». Квадратное здание с плоской крышей разительно отличалось от каменных коттеджей сельского Лангедока. Вероятно, виллу построили десяток лет назад. И все же она почти с магической легкостью вписывалась в природное окружение, будто стояла здесь долгие века.
Бен подошел к воротам и осмотрел ухоженный дворик.
— Эй! — послышался голос. — Что вам угодно?
На дорожке сада появилась женщина — высокая, стройная, чуть старше пятидесяти лет. Ее глаза были прикрыты темными очками. Бен заметил, что она нащупывала путь белой тросточкой. Женщина подошла к воротам и, посмотрев чуть выше плеча Бена, вежливо улыбнулась.
— Прошу прощения, — сказал он. — Я увидел ваш прекрасный дом и решил полюбоваться им поближе.
Ее улыбка стала еще шире.
— О! Вы интересуетесь архитектурой?
— Да, — ответил Бен. — А кроме того, мне очень хочется пить. Вы не могли бы принести мне стакан воды? Я только что перебрался через перевал. Буквально умираю от жажды… Вас это не затруднит?
— Конечно нет, — ответила женщина, поворачиваясь к дому. — Вы можете войти. Там на воротах задвижка. Просто поднимите ее.
Слепая хозяйка провела его по мощеной дорожке к вилле. Они прошли через просторный холл в современную кухню. Постукивая тросточкой, женщина направилась к холодильнику. Она открыла дверцу и, ощупав полки, достала бутылку минеральной воды.
— Бокалы в буфете. Налейте себе сами.
Она села за стол, прислушиваясь к звукам, которые издавал гость. На ее добром лице светилась улыбка, когда Бен осушил бокал и налил себе еще один.
— Спасибо за ваше гостеприимство, — сказал он. — Я пришел в долину из Ренн-ле-Шато. Я ищу Дом ворона.
— Тогда вы нашли его, — пожав плечами, ответила слепая женщина. — Это и есть Дом ворона.
— Правда?
Что-то здесь не так, подумал Бен. Современное здание с новомодным дизайном. Могло ли о нем говориться в манускрипте восьмидесятилетнего алхимика?
— Наверное, это какая-то ошибка, — произнес он. — Дом, который я ищу, должен быть очень старым. — Внезапно ему в голову пришла спасительная мысль. — Или ваша вилла построена на месте другого здания?
Женщина засмеялась.
— Нет, эта вилла не перестраивалась. Дом гораздо старше, чем выглядит. Его построили в тысяча девятьсот двадцать пятом году. А название он получил по фамилии архитектора.
— Как звали этого архитектора?
— По паспорту он значился как Шарль Жаннере, но в миру его знали под псевдонимом Лe Корбёзье. Или просто Корбё.
— Дом ворона, — кивнув, повторил Бен.
Слово «корбё» — по-французски corbeau — означало «ворон». С другой стороны, несмотря на ультрасовременный и почти футуристический вид, здание было построено в то время, когда Фулканелли писал свой манускрипт. Ах, если бы он мог осмотреть виллу! Неужели он действительно пришел туда, куда нужно?
— Почему вы искали этот дом? — с любопытством спросила хозяйка.
Он инстинктивно положился на отработанную легенду.
— Я провожу историческое исследование. Приехал в Лангедок и вспомнил, что в некоторых старых документах упоминается Дом ворона. Естественно, мне захотелось взглянуть на него.
— Наверное, вам не терпится осмотреть дом изнутри? — угадала женщина. — Несколько лет назад я потеряла зрение, но память о том, как выглядят вещи, сохранилась в моем уме. Я даже могу ответить на ваши вопросы.
Она провела его по комнатам, постукивая тростью и указывая на разные вещи. В уютной гостиной Бена поразил высокий камин, украшенный дубовой резьбой. Его витиеватый стиль отличался от прямолинейного и аскетического дизайна остальных помещений. Бен с восхищением осмотрел резьбу. Его внимание привлекли не мастерство и красота, без сомнения заслуживавшие похвалы, а рельефные изображения на каминной полке. Это была, пожалуй, самая впечатляющая часть сооружения.
В центре он увидел круглую эмблему с вороном — такую же, как в манускрипте Фулканелли и в соборе Нотр-Дам. Бен провел пальцами по резным перьям, похожим на лезвия, по кривым когтям и выгнутому клюву. В глаза ворона были вставлены блестящие стекла рубинового цвета. Казалось, птица смотрела прямо на Бена.
— Эту резьбу не меняли? — спросил он и, вспомнив о слепоте женщины, быстро добавил: — Я имею в виду камин.
— Нет. Это работа Корбё. Наверное, вам известно, что он начинал свою карьеру как резчик по дереву и ювелирный мастер и только позже стал архитектором.
Под круглой эмблемой с вороном имелась надпись: «HIC DOMUS». Золотистые латинские буквы были вырезаны готическим шрифтом.
— Hic. То есть «здесь», — прошептал Бен. — Здесь дом. Это дом… Это Дом ворона!
В его голове возник рой вопросов. Что означал ворон? Почему Фулканелли изобразил на карте этот дом? Какой смысл имеют его зашифрованные сообщения? Разгадка была близко. Но где ее искать?